Сегодня состоялось очередное слушание по делу об убийстве Салтанат Нукеновой. На скамье подсудимых ее муж — Куандык Бишимбаев. Bizmedia.kz представляет стенограмму допроса, который начался во второй половине суда 4 апреля 2024 года.
- Прокурор: Вчера в суде мы просмотрели видео из ЦКЗ, где перед гардеробной вы сказали про пальто — что оно тебе больше не нужно.
- Бишимбаев: Я, по-моему, такого не мог говорить. Можно «оно тебе не нужно», а не «уже не нужно».
- Судья подтверждает факт произношения этих слов, объясняете это другими словами, а сегодня на заседании уже на вопрос стороны обвинения даете другие ответы.
- Бишимбаев: Мы купили два пальто: белое в ЦКЗ Казахстан, черное — на подшивку в Керуене.
- Прокурор: Фраза была: «Раз не можешь найти номерок, тогда подари им».
- Бишимбаев: Здесь только игра слов, и здесь нет подтекста.»
- Прокурор: В тот вечер у вас были мысли 8 ноября нанести телесные повреждения Нукеновой?
- Бишимбаев: Ни в коем случае.
- Прокурор: Бармен Ерденов дал показания. Почему вы пытались совершить самоубийство?
- Бишимбаев: Я был очень расстроен, опустошен фактом смерти.
- Прокурор: Вы говорили, что истерики, сцены и конфликты всегда устраивала Салтанат, когда вы оставались наедине. Вы упоминали, что это происходило в общественных местах. Кто может подтвердить, что она вела себя так, как вы утверждаете?
- Бишимбаев: Я помню момент в Шымкенте. Я говорил, что истерики происходили на глазах у моих детей или родственников. Я уезжал в Алматы, чтобы Салтанат была спокойнее и не ревновала. Я взял дочь с собой. Мы прилетели в Алматы, и в тот же вечер она позвонила мне. Она увидела, что я на встрече, и у нас возник конфликт. Свидетелями были домашние. Потом, когда я вернулся, снова произошли выяснения отношений.
- Прокурор: Для чего вы поручили Байжанову перемещать ее телефон?
- Бишимбаев: Не мог найти ключи от машины и телефон Салтанат. Я знал, что потерпевший следит по ее телефону, и не хотел, чтобы он приехал в Гастроцентр, у нас уже был инцидент, когда он с ножом напал на меня.
- Прокурор: Вы видели пропущенные звонки от брата?
- Бишимбаев: Скорее всего, да.
- Прокурор: Почему не рассказали ему о ее состоянии?
- Бишимбаев: У нас уже была поножовщина, хотел избежать ненужной ссоры.
- Прокурор: Вы давали поручение Байжанову позвонить знакомым врачам?
- Бишимбаев: Да.
- Прокурор: В 06:56 вы видели, что она в нехорошем состоянии, почему не отправили ее домой на такси?
- Бишимбаев: Как я мог ее покинуть? Я не знал, что мне делать. Она была нетрезва, и не уезжала, и со мной не ехала.
- Прокурор: Были ли конфликты между вами при свидетелях? Вы утверждаете, что она постоянно устраивала вам конфликты, истерики?
- Бишимбаев: В Шымкенте мои дети видели.
- Прокурор: То есть все остальные конфликты и ссоры были наедине?
- Бишимбаев: Бармен слышал ссору, он не видел ее, видел разбитую посуду.
- Прокурор: Вы пытались сообщить брату и родственникам о ссорах?
- Бишимбаев: Брату точно нет. В конце января 2023 года созвонился с отцом, и понял, что родители мало влияют на нее, и больше к ним не обращался.
- Прокурор: Подвергались ли вы абьюзу со стороны Салтанат?
- Бишимбаев: Расшифруйте слово «абьюз».
- Прокурор: Применяла ли она против вас какое-либо насилие, длительное время?
- Бишимбаев: Психологическое насилие.
- Прокурор: Контролировала вас, не давала спать ночами, читала переписки, следила за вами по геопозиции, звонила по видеосвязи, если не поднимали, устраивала скандал.
- Бишимбаев: Я не знаю, как это все вместе называется, но все, что вы перечислили, да, было.
- Прокурор: Со стороны Салтанат?
- Бишимбаев: Да.
- Прокурор: А с вашей стороны были такие моменты в отношении нее?
- Бишимбаев: Она утверждает, что я залазил в телефон, читал ее переписки с братом. Если честно, никогда у меня не было такой систематической привычки и так далее. Я все время был на работе, приходил, уходил, я внутренне ей доверял, внутренне я знал, что она не пойдет на недостойный поступок.
- Прокурор: В экспертизе речь идет о травматических воздействиях на голову около 12-13 раз, но вы говорили, что сами нанесли удары ладонью 4 раза, и она ударилась об унитаз.
- Бишимбаев: Я не говорил, что она два раза ударилась об унитаз, я говорил, что это было падение, она ударилась о ребро унитаза, а потом об пол, а потом, когда пыталась подняться, она была в состоянии нокдауна, она еще раз не удержала тело и опять ударилась об пол, потом прислонилась к стене. Потом было еще 2 падения. Я не знаю, как эксперт пришел к такой цифре, я видел, что она 5-6 раз падала, ударяясь головой об пол, с моей стороны было 5-6 ударов ладонью. В туалете было 1 падение, но два удара, потом, поднимаясь, она еще раз упала. Это происходило пару минут, перепалка закончилась ее падением.
- Судья: Суду не понятно, вы на предыдущем заседании сказали, что было два удара в лицо и что потерпевшая падала в туалете? Сколько раз она упала, вы говорили?
- Бишимбаев: Я сказал, что дал ей две пощечины в туалете, когда мы порвали друг на друге рубашки. И было падение – это было одно падение, но два удара – потому что она ударилась об ребро унитаза, потом упала на пол. А потом, поднимаясь, она еще раз упала. То есть, там же она поднималась.
- Судья: Хорошо, а по времени?
- Бишимбаев: Перепалка длилась пару минут, все произошло очень быстро, закончилось ее падением.
- Судья: Смотрите, вы говорите, что она два раза упала, и при одном падении два раза ударилась. Вы стояли и смотрели. Она потом вставала и опять падала?
- Бишимбаев: Она начала подниматься после падения и удара об унитаз и об пол.
- Судья: А что же вы ей не помогли тогда? Как вы могли стоять и смотреть все это время?
- Бишимбаев: Я не все время смотрел, я наблюдал.
- Судья: Как вы могли наблюдать? Она ударилась, понимаете, и снова ударилась.
- Прокурор: Вы сказали, что четко понимали, что в жизненно важные органы вы удары не наносили! Получается, вы заранее распланировали, куда бить?
- Защита: Прошу снять вопрос. Получается, вы делаете умозаключение?
- Прокурор: Вы заранее распланировали, как будете наносить удары?
- Бишимбаев: Нет, в момент, когда я наносил удары, которые вы на видео видите, я четко понимал, что главное — не навредить, не нанести какой-либо вред. Это встроено, я понимаю, у меня не было цели нанести вред здоровью, не было цели причинить смерть или какой-либо большой ущерб. Я четко понимал, у меня было чувство внутренней сдержанности, осторожности, я был начеку.
- Прокурор: Вы были на чеку? Понятно.
- Судья: Одну минуту, как понять, что вы были на чеку? Что это значит?
- Бишимбаев: Если вы обратили внимание на видео, ваша честь, когда я пинал ее, я понимал, что пинаю по ягодицам, что от этого человек не получит какого-то существенного…
- Судья: Подождите, мы до этих ударов еще не дошли. Тут вопрос идет по поводу удара. Вы сказали, что когда наносили удары, старались не наносить их в жизненно важные органы. Это вы имели в виду ягодицы?
- Бишимбаев: Я имел в виду события, которые были у лифта, ваша честь.
- Судья: События у лифта.
- Бишимбаев: Да, события у лифта, когда видно, как я наношу ей побои.
- Судья: А как понять, что вы были на чеку?
- Бишимбаев: Имеется в виду, что я осознавал, что главное — нельзя навредить ей, не нанести вред ее здоровью… существенный.
- Судья: А что по вашему значит существенный вред? Вчера все наблюдали — замах такой неплохой был ногой. Как это понять?
- Бишимбаев: Да, замах был, как вчера все видели, но при этом я осознавал, что я наношу этот пинок в область ягодицы, и что это не причинит существенный ущерб здоровью. Это моя большая ошибка. Я ориентировался на слова ясновидящей, что она проснется, отдохнет. В 16:00 она не отреагировала на нашатырный спирт. Я ориентировался на слова ясновидящей, которая сказала, что она проснется вечером. Она раньше могла до 36 часов спать.
- Прокурор: Что она могла такого сделать? Что вызвало такие эмоции? —
- Бишимбаев: Спровоцировал ее мат. Она начала ругаться на меня. Вы тоже должны понять, что я шесть или семь часов просто слушал. Вы видели, я пытался ее успокоить, говорил: «Давай домой, завтра поговорим». Я психологически измотан, устал физически. Она устроила такую жесть, когда все смыла в унитаз. Морально, 6 часов я подвергался психологическому воздействию. Это не оправдывает моего поведения.
- Прокурор: Почему нельзя было оставить в покое? Вы же мужчина. Поехали бы домой, и ничего бы не было. Почему не поехали домой и не оставили её?
- Бишимбаев: Очень сложно ответить, потому что я этот вопрос с 9 ноября задаю себе каждый день по несколько десятков раз. Мы выходили, стояли, как я ее такую пьяную могу оставить там. Я не знаю, как это объяснить. Когда потом что произошло в туалете, когда она без одежды осталась, как я ее так оставлю там?
- Прокурор: Говорите, вы ее любили, что не могли ее оставить. Хорошо. Вернемся к экспертизе за №2 — после причинения черепно-мозговой травмы, смерть Нукеновой наступила ориентировочно через 6-8 часов. Вы ее любили, после нанесения ударов и до наступления ее смерти прошло 6-8 часов. Вы, любя лицезрели ее с телесными повреждениями. Что вы можете на это сказать? Почему не вызвали вовремя скорую? Вы говорите? Я позвонил гадалке. Она была избита, лежала, не вставала уже. Почему нельзя было позвонить сразу в скорую? Вы звоните гадалке, ждете там сколько-то часов! Объясните. Может, если бы вы позвонили в скорую, она была бы жива! Почему вы не позвонили сразу в скорую, а позвонили гадалке?
- Бишимбаев: Вот это моя большая ошибка. Я ничего не могу сказать по этому поводу. Единственное, я вчера говорил, что в часов 3:30… Байжанов после того, как нашатырь привезли, я, выходя, сказал, что она на нашатырь не отреагировала. Он предложил вызвать скорую. Говорит: «Может, скорую вызвать?» Я тогда сказал, давай подождем часили полтора, ну пару часов, пусть вечер настанет. Я ориентировался на слова этой ясновидящей, что вечером она проснется, отдохнет.
- Прокурор: Почему вы не дали пароль от своего телефона?
- Бишимбаев: Там есть наши личные видео. Вы не можете гарантировать, что ваши опера не распространят их в сети.
- Прокурор: Только из-за этого?
- Бишимбаев: Да, я не хочу, чтобы наши видео фигурировали в сети.
- Прокурор: А переписки с Нукеновой у вас там есть?
- Бишимбаев: Есть. Я не помню с какого периода.
- Судья: Из протокола осмотра места происшествия следует, что пятна крови были повсюду — на полу уборной, в VIP-зале, на занавесках. Вы говорите, что вы ее любили. Видя такие пятна крови везде, почему вы не приняли никаких мер, чтобы помочь? Если вы утверждаете, что события происходили с 3 до 5 часов, не могли ли вы помочь?
- Бишимбаев: Кровоточащие раны… Я видел только небольшой порез.
- Судья: Но кровь была на занавесках, на столе, на салфетке, на полу повсюду.
- Бишимбаев: Я не могу согласиться с утверждением, что кровь была везде. Я просто не наблюдал ее внимательно, не могу сказать. Но где кровь падала, там оставались капли.
- Судья: А на занавеске?
- Бишимбаев: Это, наверное, я вытирал.
- Судья: То есть у вас руки были в крови, получается?
- Бишимбаев: Возможно, я просто сейчас предполагаю, или она касалась меня. Я не помню каждую минуту в деталях. Но то, что у нее не было других источников кровотечения и это кровотечение было небольшим, оно даже не текло, а скорее капало. Она не говорила, не стонала, не плакала, не просила помощи. Она просто молчала, и мне было трудно оценить, что с ней на самом деле происходит.
- Судья: На столе был клочок волос? Откуда эти волосы, если, как вы говорите, она сразу пошла на диван и легла?
- Бишимбаев: Я ее погладил по голове, и этот клочок волос остался у меня в руках.
- Судья: В какой момент вы ее погладили, если она пошла и села на диван, а вы сидели на кресле?
- Бишимбаев: Когда она спала, я погладил ее по голове, когда будил, приглаживал, и они остались у меня на руках. И я их потом на стол положил.
- Судья: У вас остался клочок волос потерпевшей, и вы их потом на стол поставили. Так понимаю?
- Бишимбаев: Где был обнаружен при осмотре, видимо, туда и положил.
- Адвокат потерпевшей стороны Жанна Уразбахова: Как случилось, что тело Салтанат оказалось даже без нижнего белья? Что с бельем?
- Бишимбаев: Когда она дернула брюки, нижнее белье тоже упало. Когда она прислонилась к стенке, когда я ее поднимал, ей брюки мешали, путали ноги, она вытянула ноги, я снял их, белье зацепилось за обувь, оно порвалось.
- Адвокат: То есть вы порвали?
- Бишимбаев: Когда я сдернул, да, получается. Я дернул, и они порвались. Я пояснил, что я попросил ее вытянуть ноги. Она вытянула, я дернул штаны, а нижнее белье у нее за обувь зацепилось, у нее были ботинки, я дернул их, и если они порвались, я какую-то силу приложил. Никого кроме нас не было.
- Адвокат Жанна Уразбахова: Какой у вас оклад?
- Бишимбаев: С того места, где я официально числился, — 1 млн тенге.
- Адвокат: Оклад 1 млн тенге, а вы ранее утверждали, что давали 5-6 млн?
- Бишимбаев: Мой ежемесячный доход от 8 до 15 млн тенге в зависимости от доходов ресторана.
- Адвокат: Ресторан Bau — вы владеете им?
- Бишимбаев: — Да, я управляю и владею этим рестораном.
- Адвокат: А самим гастроцентром?
- Бишимбаев: Одной из долей в этом предприятии владеет моя мама, там несколько партнеров.
- Адвокат: Можно говорить, что преступление произошло в вашем ресторане?
- Бишимбаев: Да, так и пишут везде.
- Адвокат: 9 марта после побоев Салтанат обращалась за медпомощью?
- Бишимбаев: Нет.
- Адвокат: 20 октября после нанесения телесных повреждений обращалась за медпомощью?
- Бишимбаев: Нет.
- Адвокат: 20 октября какие телесные повреждения на ней были?
- Бишимбаев: Этот синяк, я точно не помню, какой глаз.
- Адвокат: Вы били в лицо?
- Бишимбаев: Я дал пощечину.
- Адвокат: Вы сказали, что Салтанат употребляла некие медикаменты, что на трассе вы пытались дать ей лекарство, назовите название?
- Бишимбаев: Атаракс.
- Адвокат: Где вы приобрели Атаракс?
- Бишимбаев: В аптеке в Павлодаре в апреле 2023 года.
- Адвокат: Перед тем как дать данный препарат, вы читали побочные действия?
- Бишимбаев: Да, и Салтанат читала — набрала в Google. Он продается без рецепта, но его мне посоветовал психиатр.
- Адвокат: Посоветовал или назначил?
- Бишимбаев: Посоветовал, сказал, что назначение не нужно. Психиатр сказал, если не хочет приходить, это успокоительное, можете приобрести. Психиатра мне посоветовала моя тетя.
- Жанна Уразбахова: 9 ноября днем вы сказали, что некая Гульнара приехала, и вы выпивали?
- Бишимбаев: Мы договорились встретиться несколько дней назад, с Гульнарой я знаком уже 15 лет. Салтанат начала заниматься рекламой ресторана Bau, у Гульнары — невестка-блогер.
- Уразбахова: В тот день вы приглашали Гульнару прийти?
- Бишимбаев: Я написал: «Давайте встречу перенесем на час раньше».
- Уразбахова: У Салтанат оскольчатый перелом носовой кости с осколком, как он образовался?
- Бишимбаев: Перелом возник ночью с 8 на 9, либо в туалете, либо в вип-зоне, когда она падала.
- Уразбахова: Как можете объяснить вывод экспертизы, что все телесные повреждения Нукеновой в область головы, в том числе указанный в вопросе, характерны для причинения от ударного травматического импрессивного воздействия твердыми тупыми предметами с ограниченной контактной поверхностью? Они не имеют признаков инерционной травмы, то есть инерции при падении не было, в связи с чем они не могли образоваться при многократных падениях потерпевшей на плоскости.
- Бишимбаев: Это специализированный вопрос. Это значит, что я ее чем-то бил по голове? Импрессионный удар означает, что я бил ее по голове твердым тупым предметом?
- Уразбахова: В этом и вопрос.
- Бишимбаев: Ну давайте проясним.
- Уразбахова: Чем вы ее били? Как был сломан нос Салтаната?
- Бишимбаев: Я уже пояснил, что она падала, и скорее всего, при падении произошел перелом.
- Уразбахова: Эксперт исключает, что травма могла быть получена при падениях.
Затем судья объявила перерыв до 8 апреля 2024 года, 10:00.
