Куандык Бишимбаев рассказал об изображении Салтанат Нукеновой с признаками побоев, которые показал ее брат в суде, передает Bizmedia.kz.
9 марта я ухожу на работу. Вечером возвращаюсь домой и застаю Салтанат в нетрезвом состоянии. Очень агрессивная, требует от меня отчета. Ночью залезла в мой телефон, чтобы проверить, кого я поздравлял еще 8 марта. Находит список тех, кого я поздравлял. На той почве у нее истерика.
«Объясни, почему ты их поздравлял? Это какие-то твои продажные женщины.» Это поток оскорблений. Я пытаюсь объяснить, что это коллеги. Она находит сообщения, где речь идет о деньгах. «Ты вот тут оплачиваешь. А ты меня укорял, что я в таких отношениях была, а сам такие отношения заводишь.»
Я объяснял, что это бизнес-партнер, я могу их познакомить. Дальше это перешло просто в оскорбления, швыряние посуды, потом в драку. Она начала сравнивать меня в интимном, финансовом и материальном плане со своими мужчинами. Она становилась неуправляемой, она просто лезла драться.
Он сам потерпевший мне рассказывал, как в студенческие годы – спрашивал, тебя Салтанат била? Я воспринял, как шутку – а она что может такое. Он говорит – Ты поживешь посмотришь. Я воспринимал как в шутку. Она в тот день налетела на меня, ну я не удержался тоже.
Никогда в жизни не сталкивался с такими оскорблениями и руку поднимала, еще и на супруга. Ты делаешь все для человека, и она тебя просто втаптывает в грязь. У любого человека есть достоинство… Дальше это перешло в оскорбления, швыряние посуды, потом в драку.
Оскорбления в каком плане — она начала сравнивать меня в интимном плане, финансовом со всеми своими бывшими мужчинами. Это было невыносимо и случилось. На руках носишь, все простил, все забыл, стараешься никак не упрекнуть, не попрекнуть, в силу необъяснимой ревности втаптывает в грязь. Это была наша первая ссора. И на мне были синяки.
Драка с братом
Я еле-еле выбил нож у него и побежал к дочери, она была напугана. Побежал искать сына, забежал в его комнату — он испуганный лежал под одеялом. А он (брат) в это время разгромил квартиру, взял биту или клюшку и просто разнес квартиру.
Он звонил моим родителям в пьяном состоянии, угрожал им — сказал, если не вернете Салтанат, я с детьми что-то сделаю. У меня шла кровь. В какой-то момент Салтанат открыла дверь пьяная, она спала.
Он сказал: «Пошли домой.» Она обматерила его и послала. Он ничего не мог сказать и просто убежал. Приехал участковый. Увидели, что на Салтанат нет никаких синяков. И вы спрашиваете, почему вы с ним не поговорили.
А он не говорил, он просто кинулся с ножом. Это была первая крупная ссора, которая произошла. Салтанат два дня пряталась у родителей дома, никого не пускала. Через два дня она вышла. Я поговорил с ней. Она сказала, что потеряла контроль — «Ты не отвечаешь, я потеряла связь с адекватностью, я убежала вниз, напилась».
И я с этим мирился, я ее любил. Когда она вышла, я ей ничего не сказал. Родственникам никому не позволил — чтобы слова ей не говорили. С тех пор живем, на мой день рождения она подарила наш совместный портрет, символический подарок, устроили большой аузы ашар в мечети.
А 19 апреля или 20, я утром ей сказал: «Можешь просыпаться со мной вместе, меня проводить и дальше спать.» Это единственное замечание, которое я сделал, и ушел. В обед получаю сообщение, что она уходит. Я ей звоню, она говорит: «Я в Павлодаре,» и бросает трубку.
Вторая ссора
Вторая наша крупная ссора произошла 20 октября. 18 или 19 она переехала домой, начали жить вместе, решили делать ремонт и 20 мы решили, что так как в августе мы расстались по мусульмански, мы решили восстановить отношения и пошли в мечеть, чтобы совершить никах.
После мечети было хорошее настроение, я был счастлив, она вроде была довольна. Мы пошли в ресторан «Бау», она выпила, и у нее начались воспоминания 17 ноября. Какая-то картина, на годовщину, кто-то продает картину, девушка, она занимается картинными галереями, начала требовать, чтобы я показал ее, и что стоит она 4 тыс. долларов, и с этого началось.
Она сказала, что я ей специально хочу дать эти деньги этой девушке, что я хочу… что дело не в картине, а в девушке. Я сказал: «Если ты хочешь ругаться, давай перейдем в ВИП». Все опять закипело, перешло в оскорбления, матерные слова. Бармен говорил, что синяки были у меня и у нее.
Она говорила: «Ты платишь девушкам». Процесс пошел, крик, гам. Она не сдержалась, подошла и айфон кинула мне в лицо — отсюда у меня синяк. Я не сдержался и дал ей несколько пощечин. Потом мы поехали домой. Пару дней спустя я купил ей новый айфон, потому что тот, который она в меня швырнула, разбился, или на него наступили.
Сразу после свадьбы вы запретили Салтанат работать, и при этом, позвав на НГ гостей, не дали ей денег на продукты. В итоге она вынуждена была занимать деньги у своего брата?
Я никогда не запрещал ей работать. Просто первое время она сама отошла от работы, хотела больше погрузиться в семейные, домашние дела, бытовые дела. При этом она оказывала консультационные услуги, в ресторан Бау приходила, к ней туда клиенты приходили, не так часто, но приходили.
Куралай такая девушка, она известна в Инстаграме. Она приходила на консультацию, онлайн она проводила, может не в таком активном режиме как раньше, но периодически проводила консультации. Я никогда не был против, чтобы она этим занималась. Напротив, в период таких ее я ей всегда предлагал: «Салта, займись чем-нибудь. Ресторан предлагал заняться, она не захотела. Может, учиться будешь? Что можно онлайн в университет поступить. Выбери специальность, давай онлайн учись, в общем, займи себя чем-то».
Потому что она не была обременена бытом, на ней не было каких-то домашних обязанностей, работай астрологической она тоже не занималась, но я не запрещал ей работать. А на счет продуктов, вообще какой-то абсурд, так как продукты доставляли с ресторана, или водитель родителей привозил продукты на два дома — моим родителям и нам.
Адвокат: вы говорите про 2 случая 9 марта и 20 октября — в ходе вашей ссоры, драки, вы друг другу наносили повреждения или только вы сами?
9 числа, на самом деле, драка была провоцирована ей. Она кидалась с кулаками, ногами, полноценно дралась. Я такого никогда не видел, чтобы женщина могла так кидаться на мужчину и так его оскорблять. У меня никогда в жизни такого примера перед глазами не было.
Сколько было случаев, когда вы вступали в драку с ней или поднимали руку за год совместной жизни?
Если не считать 9 ноября трагических обстоятельств, то это было всего 2 раза в нашей жизни — 20 октября и 9 марта.
Вы считаете это систематическими побоями?
Нет, не считаю.
Она никак не могла забеременеть, этот емши (целитель, лекарь) принимает с 6 до 10 утра. Но Салте было сложно просыпаться утром. А там, если в 5 утра не займешь очередь, не попадешь. Я разбудил ее в 5 утра, это было связано с этим. Ей хотелось забеременеть, мне хотелось детей, но как-то у нее не получалось.
Адвокат: Ходила ли Салтанат на обследования?
Только к гинекологу, это с вопросами рождения, она гормоны принимала Дюфастон и еще какой-то гормон. Ей сказали, что ей надо гормональный фон привести в норму.
Адвокат: заставляли Салтанат сниматься в каких-то видео?
Это выдумка какая-то, у нас есть личные видео с ней, они есть у меня на телефоне, но это не одно видео, это наверное десяток — 15-20 видео, которые мы снимали в Турции, Алматы, Мальдивах. Мы были мужем и женой и это было для нас каким-то.. мы доверяли друг другу.
В этом не было контекста, что я использовал эти видео и поэтому она возвращалась — да, она знала код к моему телефону, она могла это видео удалить. Это не было таким предметом, который бы… мы любили друг друга и у нас было такое развлечение личное мужа и жены.
Когда вы куда-то выезжали.. это началось на Мальдивах, там было красиво, и там это возникло.
Версия брата
На судебном первом заседании, касающемся дела Куандыка Бишимбаева, были рассмотрены фотографии, демонстрирующие травмы, которые получила Салтанат Нукенова. Согласно сообщениям корреспондента Bizmedia.kz, эти доказательства были представлены Айтбеком Амангельды, братом потерпевшей.
Айтбек Амангельды, в своих показаниях перед судом, рассказал о моменте, когда он получил фотографии, на которых были видимы следы жестокого обращения на теле его сестры. Снимки, отправленные его сестрой, когда она находилась с Бишимбаевым, Салтанат отправила ему фотографии.
«Я заметил на экране моего телефона снимки, которые показывали следы жестокого обращения. Эти фото я предъявляю здесь, чтобы дать понять, насколько серьёзными были события 20 марта. Примерно в 10 вечера она прислала мне их. Придя домой ближе к ночи, я увидел снимки с явными признаками побоев. Я сразу осознал, что это были последствия умышленных ударов. Увидев их, я почувствовал острую необходимость в заботе о благополучии моей сестры и попытался с ней связаться», — поделился Айтбек.
Однако его попытки созвониться с Салтанат не увенчались успехом, после чего он решил позвонить Бишимбаеву.
«Я спросил его (Бишимбаева) о причине, по которой я получил такие фотографии, и что до того произошло. Во время нашего разговора я не скрывал своего недовольства и выразил все свои мысли. Он предложил мне прийти и обсудить всё лично», — продолжил Айтбек.
Из его слов можно понять, что встреча не привела к разрешению проблемы. Прибыв на место встречи, он не сразу увидел Бишимбаева. Впоследствии, уже в квартире, между мужчинами возникла драка.
«Когда спор обострился до конфликта после моего вопроса о местоположении Салтанат, на что Куандык утверждал, что не знает, его попытки успокоить меня, заявляя, что это их семейные проблемы, не убедили меня. Я напомнил ему, что Салтанат остаётся моей сестрой, несмотря на её замужество, и что случившееся с ней затрагивает и меня. В нашей попытке вытолкнуть меня из квартиры сложилась ситуация, когда наши разногласия кульминировали в физическое столкновение», — завершил Амангельды свой рассказ в суде.
Переписка с 18 января по 20 март отражает следующее:
Она отправила фото с текстом:
«Храни эти фотографии при себе, вопросы оставь».
«События 20 марта стали известны всем, однако никто не видел фотографии и не знал причину моего посещения. Слухи о том, что я начал драку и сам получил травмы, быстро распространились. Все звонили мне с вопросами о моих действиях, в то время как я испытывал сильный стресс», — отметил брат.
В дальнейшем он выразил мысль, что ничего ему не нужно от мужа её сестры, скорее он умрет, чем примет от них что-то.
«Я признался ей в любви, сказал, что всегда буду любить, просил не волноваться и быть спокойной, пообещав разобраться во всём сам. Моя злость кипела от мысли о том, что она осталась с ним, утверждая, что она заслуживает лучшего. Не важно, что между ними происходило, его действия категорически недопустимы, — говорил в суде брат убитой.
