Казахстан активно стремится к более тесным связям с Европейским союзом (ЕС) в свете конфликта в Украине, и Брюссель отвечает ему взаимностью. Но сможет ли Астана воспользоваться моментом и не разозлить Москву?
Казахстан балансирует между ЕС и Россией
Правительство РК осторожно придерживается этой линии. Президент страны Касым-Жомарт Токаев отказался от некоторых репрессивных мер своего предшественника Нурсултана Назарбаева и отменил свое решение назвать столицу в его честь.
Смертоносные протесты в январе вызвали как критику жесткой реакции Токаева, так и дальнейшие усилия президента по дистанцированию новой администрации от предыдущего режима.
Но именно боевые действия России на Украине привлекли внимание к положению Астаны, как географическому, так и политическому. Выступит ли РК против действий России в Украине? Он воздержался на обоих голосованиях Генеральной Ассамблеи ООН, осуждающих Москву за вторжение и попытки аннексии украинской территории.
Читайте также: «Настало время для более тесных отношений между ЕС и Казахстаном»
Но это не было «молчанием», — сказал DW заместитель министра иностранных дел Казахстана Роман Василенко. По его словам, воздержавшиеся и многочисленные заявления Токаева о приверженности международным границам — это «очень принципиальная и очень четкая» позиция. «Мы выступаем за уважение устава ООН и за территориальную целостность государств».
Действительно, Токаев лично заявил об этом президенту России Владимиру Путину на Петербургском международном экономическом форуме в июне, заявив, что РК не предоставит дипломатического признания отколовшимся от Украины Луганской и Донецкой областям.
В сентябре Токаев заявил, что более 100 000 российских призывников, бежавших в РК, в основном «были вынуждены уехать из-за безнадежной ситуации. Мы должны позаботиться о них и обеспечить их безопасность».
«Этот конфликт вызвал очень большое горе в нашем обществе. В Казахстане он никого не оставил равнодушным, потому что у нас хорошие отношения и с Россией, и с Украиной», — пояснил Василенко. Однако, добавил он, «если когда-либо и было время для установления более прочных связей между Казахстаном — и Центральной Азией в целом — и Европой, для наведения мостов между нами и сближения наших двух регионов, то это время настало».
Иностранный капитал бежит из России
Десятки иностранных компаний, которые базировались в России, уже рассматривают Казахстан как безопасную гавань для переезда, и Василенко говорит, что еще сотни компаний проявили интерес. «Это компании, которые работают в несанкционированных зонах, и они покинули Россию по собственному желанию с начала конфликта», — сказал он. Почти 40 из этих компаний — из Германии, согласно правительственному отчету.
Читайте также: Что обещают кандидаты в президенты Казахстана в агитации
Василенко говорит, что для этих компаний выгодно оставаться в Евразийском экономическом союзе, в который входят Беларусь, Казахстан, Кыргызстан, Россия и Таджикистан. «Это позволит им продолжать работать в тех же правовых рамках, которые распространяются не только на Россию, но и на Беларусь, Кыргызстан, но и на страну, которая граничит с Китаем, и экспортировать свои товары в Китай», — добавил он.
Разветвление в политике и трубопроводах
На данный момент Европейский Союз остается крупнейшим торговым партнером и инвестором Казахстана. Однако обе стороны остаются зависимыми от России, поскольку большинство товаров должны попадать в Европу через Россию. Чтобы проиллюстрировать эту зависимость: Экспорт нефти и газа составляет более 40% национального дохода Казахстана — 80% этого экспорта проходит через Россию по Каспийскому трубопроводному консорциуму (КТК), крупнейшим акционером которого также является Москва.
«Мы сохраняем эти экспортные маршруты через Россию, — сказал Василенко, — мы надеемся, что они не будут нарушены никакими действиями и никакими субъектами. Но сейчас мы понимаем, что есть необходимость диверсификации».
Он сказал, что Казахстан и его партнеры «очень интенсивно» рассматривают другие маршруты, такие как «Средний коридор», который также может доставлять энергию в Европу через Азербайджан, Грузию и Турцию. По его словам, этот вопрос будет обсуждаться с председателем Европейского совета Шарлем Мишелем, когда он посетит Астану на этой неделе.
Читайте также: Казахстан: Эра непотизма позади
Кремль все еще держит карты в руках — до поры до времени
Однако в настоящее время Казахстан не может позволить себе злить Москву, говорит Темур Умаров, аналитик Фонда Карнеги за международный мир, базирующийся в столице Кыргызстана Бишкеке. Он отмечает, что Астане уже показали, на что способен Кремль.
«Россия останавливала работу нефтепровода пять раз с начала конфликта, и это создало проблемы для Казахстана, — пояснил он, — потому что они не могут поставлять нефть импортерам в соответствии с контрактами, им приходится платить пошлины и сокращать бюджетную прибыль, которую они планировали».
Умаров призывает руководство Казахстана обратить внимание и на свои внутренние проблемы.
«Политический режим [должен] провести некоторые реформы, которые позволили бы включить людей, не связанных с политической элитой, в процесс принятия решений», — сказал он. «Необходимо сделать больше для поддержки местных активистов, для поддержки независимых СМИ и политических движений, которые создаются внутри Казахстана», особенно в преддверии ноябрьских выборов, где он обеспокоен тем, что соперникам Токаева не разрешают баллотироваться.
Казахстан готов к процветанию
Но если он сможет справиться с давлением как внутри страны, так и за рубежом, то, по мнению Умарова, Казахстан будет рассматриваться как остров стабильности.
Читайте также: Перспективы Казахстана в атомной энергии, сейчас она уже обеспечивает около 10% мирового производства
«Во всем евразийском регионе Казахстан является последним предсказуемым партнером, потому что Россия сошла с ума, Китай закрыт и не очень хочет быть гибким в отношениях с Европой, сосредоточившись на конфронтации с США», — сказал он. «Другие страны недостаточно велики, чтобы внести реальные изменения в региональную геополитику и политику».
Василенко говорит, что его правительство работает над всем вышеперечисленным и надеется, что мир поймет то, что он называет многовекторной внешней политикой Астаны. «Мы не пророссийские, не прокитайские, не прозападные», — сказал он. «Мы проказахские».
