Ведомство Акмарал Альназаровой пообещало накрыть страну сетью анонимных наркологических кабинетов. Сроки предельно короткие — до 1 сентября. Но, как выяснил Bizmedia.kz, самое интересное в этой истории скрывается за простым вопросом: как они будут работать?
В Министерстве здравоохранения всерьез взялись за спасение нации от зависимостей. В ведомстве признают очевидную проблему: сегодня люди до последнего оттягивают обращение за специализированной помощью. Виной всему страх перед оглаской диагноза, постановкой на учет и неизбежными социальными последствиями. Как минимум справка об учете в наркологии закрывает путь к водительским правам. Да и с трудоустройством могут возникнуть проблемы.
Чтобы это исправить, Минздрав объявил о модернизации наркологической службы. Как говорилось в официальном сообщении, акцент решено сместить на доступность анонимной помощи. Министр здравоохранения Акмарал Альназарова поручила открыть анонимные кабинеты наркологического профиля в тех регионах, где их еще нет.
«Значительная часть лиц с зависимостями остается вне поля зрения системы здравоохранения. При этом, по оценкам специалистов, около 25% населения относятся к группе риска и нуждаются в своевременном консультировании, профилактической поддержке и раннем выявлении факторов зависимости», — сказано в сообщении Минздрава.
По словам министра, цель — создать условия, чтобы человек мог прийти за помощью вовремя, без страха осуждения или разглашения личных данных.
Анонимность без правил
Минздрав заявил о модернизации за два месяца до открытия анонимных кабинетов. Вполне логично мы предположили, что у ведомства все готово, и поинтересовались, как этот праздник анонимности будет работать на практике. Редакция задала несколько очевидных вопросов:
- Кто оплатит работу кабинетов анонимного консультирования и дальнейшее лечение пациентов?
- Сможет ли анонимный пациент бесплатно получать медикаменты без предъявления удостоверения личности?
- Будет ли скрыт факт обращения подростка к наркологу от его родителей в мобильных приложениях (eGov mobile, Damumed)?
Ответ Минздрава оказался шедевром бюрократического минимализма:
«В настоящее время Министерством прорабатываются вопросы организации и финансирования оказания анонимной помощи, в том числе несовершеннолетним, включая порядок учета пациентов, механизмы оплаты медицинских услуг, лекарственного обеспечения и предоставления специализированной медицинской помощи. Согласно Кодексу «О здоровье народа и системе здравоохранения», оказание медицинской помощи лицам с алкогольной и наркотической зависимостью осуществляется на добровольной основе и принудительно (по решению суда)».
На этом можно было бы поставить точку. Главное — объявили политическую волю и назначили дедлайн. Как это все будет работать — придумают потом. Но давайте посмотрим, почему совместить анонимность с нашей цифровизированной медициной будет ох как непросто.
Анонимность и ИИН
Начнем с денег и системы. Казахстанская бесплатная медицина (в рамках ГОБМП и ОСМС) намертво привязана к ИИН. Нельзя прийти, назваться «мистером Икс» и получить медпомощь. Врач получит оплату только за реального пациента с реальным ИИН.
Если анонимность работает только на уровне консультации, а ради таблеток и стационарной реабилитации пациенту все равно придется «засветить» документы и внести данные в медицинские системы, это уже сложно назвать анонимностью. Внесение в списки поставленных на учет неизбежно со всеми вытекающими.
Если же человек остается инкогнито на всем пути лечения, возникает вопрос к бухгалтерии: как провести через государственные информационные системы деньги, потраченные «на того парня»?
Пока эти вопросы только «прорабатываются», обещание анонимности не вяжется с алгоритмами Минфина и Минздрава.
Тайна против eGov
Еще веселее дела обстоят с несовершеннолетними. Минздрав намерен расширить для них возможности анонимного консультирования и «совершенствовать систему кодирования медицинской информации». Цель понятна: подростки относятся к группе риска. И страхи посещения врача понятны — вдруг узнают родители.
Но как быть с вездесущими eGov mobile и Damumed, куда заботливым родителям прилетает уведомление на каждый чих их ребенка? Мы прямо спросили Минздрав: с какого возраста подросток сможет лечиться в тайне от опекунов?
Ведомство в ответ лишь сослалось на Кодекс «О здоровье народа», напомнив, что помощь оказывается добровольно или принудительно (по решению суда). Что конкретно увидит мама в смартфоне, если ее ребенок придет к наркологу — вопрос, ответ на который Минздрав еще ищет. А ведь без решения этой юридической и технической головоломки никакая анонимность для подростков не сработает.
Кабинет из воздуха
Отдельная песня — инфраструктура. Поручение Альназаровой открыть кабинеты до 1 сентября звучит очень серьезно. Но мы поинтересовались: выделены ли на это целевые деньги из республиканского бюджета до указанного срока, или расходы переложили на действующие бюджеты региональных управлений здравоохранения? Прямого ответа на это тоже не последовало.
Идеальный контраст
Самый показательный момент всей этой истории кроется в деталях. В той же реформе Минздрав ужесточает контроль за медицинским освидетельствованием на алкоголь и наркотики. Речь идет об обязательной видеофиксации процедур для объективности результатов.
И вот здесь ответ ведомства выглядит совершенно иначе. У них готовы ответы на все вопросы. В кабинетах освидетельствования ведется аудио- и видеофиксация согласно утвержденному приказу. Регламентирован срок хранения записей — не менее 30 суток, после чего они автоматически удаляются. Прописан строгий круг лиц, имеющих доступ к архиву: это органы дознания, следствия, прокурор или суд.
Чувствуете разницу? В отличие от правил оказания анонимной помощи, система контроля у Минздрава уже продумана до мелочей.
