Эксперты Halyk Finance уверены, что Мажилис утвердил отчет правительства и ВАП по республиканскому бюджету за 2023 год, не замечая признаков кризиса, сообщает Bizmedia.kz.
По их словам, ни ВАП, ни сам Мажилис не видят приближающегося кризиса из-за большой зависимости бюджета от нефтяных доходов.
Специалисты заявляют, что бюджет очень сильно зависит от нефтедолларов Национального фонда. Ключевым показателем для страны является ненефтяной дефицит бюджета. Его искажение отрицательно влияет на макроэкономическую политику и всю бюджетную систему.
Несмотря на высокую стоимость нефти, ненефтяной дефицит довольно сильно превышает установленный показатель.
Он не учитывается в представленных отчетах правительства и ВАП. Эксперты считают, что отчет является неполным.
В 2023 году правительство изъяло 1,3 трлн тенге из Нацфонда без разрешения парламента, представляя это как неналоговые поступления. Если исключить эти средства из расчетов, дефицит достиг бы 10,06 трлн тенге, что значительно превышает план. По оценкам Halyk Finance, полный ненефтяной дефицит составил 11,61 трлн тенге, или 9,7% ВВП.
Президент в феврале этого года отметил, что возврат НДС на сумму 600 млрд тенге был приостановлен для выполнения плана по доходам. Однако в отчетах правительства и ВАП эта сумма не упоминается, что ставит под сомнение реальность представленных бюджетных показателей.
Также финансисты Halyk Finance сомневаются в объективности ВАП, поскольку её председателем был назначен премьер-министр. Поскольку Мажилис не отреагировал на выявленные проблемы, то парламент играет пассивную роль в контролировании госфинансов.
Ниже краткое изложение позиции Halyk Finance
Ненефтяной дефицит бюджета – ключевой показатель для Казахстана
Ненефтяной дефицит консолидированного бюджета, включающего все госдоходы и затраты, важен для недиверсифицированных стран-экспортеров нефти, таких как Казахстан. Искажение этой информации негативно влияет на макроэкономическую политику и устойчивость бюджетной системы.
Ненефтяной дефицит – это разница между всеми налоговыми и ненефтяными доходами бюджета и всеми его затратами. Большой ненефтяной дефицит при высоких ценах на нефть показывает зависимость бюджета от нефтяных доходов и уязвимость экономики к колебаниям цен на нефть. При падении цен на нефть в стране наступает экономический и бюджетный кризис.
Анализ отчета исполнения республиканского бюджета за 2023 год показывает, что ненефтяной дефицит значительно превысил утвержденный показатель, что свидетельствует о наступившем бюджетном кризисе.
Однако ни Мажилис, ни ВАП не смогли или не захотели это увидеть.
В презентациях по отчетам Правительства и ВАП за прошлый год ненефтяной дефицит бюджета не упоминался, что говорит о неполном пакете документов. В «Обзоре исполнения республиканского бюджета», опубликованном Минфином, указано, что парламент утвердил ненефтяной дефицит до 8.97 трлн тенге или 7.4% к ВВП, а фактическое исполнение составило 8.76 трлн тенге или 7.3% к ВВП. Однако эта информация неверна.
В 2023 году правительство приняло решение дополнительно изъять из Нацфонда 1.3 трлн тенге без одобрения парламента. При этом обоснование данной операции не имело никакого экономического или финансового смысла, поскольку государство оставалось конечным собственником акций НК КМГ. Тем не менее, под предлогом этой фиктивной операции правительство забрало средства из Нацфонда.
В марте аналитики выпустили «Отчет по консолидированному бюджету Казахстана за 2023», где указали, что официальные данные не отражают полную картину финансов. По нашим расчетам, ненефтяной дефицит составил 11.61 трлн тенге или 9.7% к ВВП, что указывает на бюджетный кризис в Казахстане.
Куда исчезла проблема 600 млрд тенге?
В феврале Глава государства отметил: «Минфин обеспечил план по доходам бюджета на 2023 год за счет налогов текущего года, приостановив возврат НДС на 600 млрд тенге, решая бюджетные вопросы за счет оборотных средств бизнеса». Однако в отчетах правительства и Высшей аудиторской платы ничего не говорится об этих 600 млрд, влиянии на бюджет и неисполнении плана по НДС на 149.5 млрд. Если добавить эти 600 млрд, бюджетные проблемы выглядят еще хуже.
Почему ВАП слеп, но почему парламент?
Высшая аудиторская палата, нарушив международные стандарты, не увидела эти проблемы. Назначение премьер-министра председателем ВАП вызывает сомнения в объективности отчетов. Удивляет отсутствие реакции Мажилиса. В нашей публикации мы уже поднимали вопрос о дееспособности парламента. Позиция Мажилиса по отчетам правительства и ВАП показывает его пассивную роль в контроле над государственными финансами.
В прошлом году в Казахстане был принят Комплексный план мероприятий по противодействию теневой экономике на 2023-2025 годы. Под действием этого плана в 2022 году уровень теневой экономики был снижен до 18,8% к ВВП, хотя в планах было 19,9%. По этим же планам в 2023 году уровень должен снизиться до 18,2%, в 2024 — 16,6%, а в 2025 — 15%.
«Мы активно совершенствуем налоговое и таможенное законодательство, а также их администрирование. В этой связи приоритетное внимание уделяется масштабной цифровизации процессов, таких как «e-Salyq Azamat», «e-Salyq Business», «ИБД», «ИСНА», «Кеден», «АСТАНА-1», «Электронные счета-фактуры» с модулем «Виртуальный склад», «Маркировка», «онлайн-ККМ», «Система управления рисками» и другие. Мы принимаем конкретные меры для повышения эффективности таможенных досмотров, улучшения камерального контроля и оптимизации таможенных процедур», — заявил министр финансов РК Мади Такиев.
Сокращение теневых оборотов средств связано с ростом числа безналичных платежей. Хотя планы были на 76%, безналичные расчеты заняли 88,7% в конце 2023 года.
