Сегодня в суде по делу экс-министра Куандыка Бишимбаева завершился первый этап прений. Судья Айжан Кульбаева после перерыва попросила остановить трансляцию, сообщает Bizmedia.kz.
«Вторая часть прений будет без присяжных. Прошу их пройти в комнату отдыха и приостановить трансляцию,» — сказала Кульбаева.
По Уголовно-процессуальному кодексу, вторая часть включает выступления сторон по квалификации действий подсудимого и другие вопросы без присяжных.
Стороны сейчас обсуждают, по каким статьям судить Бишимбаева и Байжанова.
- Защита Бишимбаева предложила статью о причинении смерти по неосторожности, предусматривающую до трех лет ограничения свободы.
- Обвинение рассматривает статьи о причинении страданий и убийстве с особой жестокостью. Эксперты говорят, что суд может назначить до пожизненного лишения свободы.
Что спросят у присяжных: Стороны могут высказать замечания по вопросам к присяжным и предложить новые. Судья, учитывая судебное следствие и прения, формулирует вопросы для обсуждения в совещательной комнате, зачитывает и передает их сторонам.
Учитывая замечания, председательствующий в совещательной комнате окончательно определяет вопросы для присяжных, вносит их в список и подписывает. Этот список оглашается перед присяжными и сторонами. Изменения в вопросах после этого не делаются.
Присяжным задают три основных вопроса по каждому обвинению:
- Совершено ли деяние?
- Совершил ли его подсудимый?
- Виновен ли подсудимый?
Другие материалы дела: Из последнего, что было в прямой трансляции, мать Бишимбаева ответила адвокату Вранчеву.
Вот адвокат потерпевшей стороны, Вранчев, сказал, что вот отец оставил детей и ушел. В своих показаниях Биш сказал, что он стоял у двери и стерег своих детей, пока потерпевший громил квартиру. В ту ночь он (Айтым) мне позвонил в 2:40 в Шымкент, матерился, ругался, оразил и говорил: ‘Вот ваша внучка, я сейчас ее убью, где моя сестра?’
Я стала звонить Байжанову, его не нашла, и только в 4 часа ночи я его нашла, сказала: ‘Срочно езжай, там что-то случилось.’ И он попал туда к ним в 5 часов. Я первым рейсом вылетела из Шымкента в Астану, прилетела где-то в 7 часов. Куандык был дома, детей уже мама (детей) в 6 часов забрала, Байжанов тоже был дома.
И то, что он говорит, что в три часа пришел и там был с детьми, это на его совести. А Вранчеву я говорю то, что было при мне, то, что я видела: то, что Куандык был там, я была в 7 часов в Астане, в их квартире, действительно был разгром, кровь везде была, стекла лежали, рука была порезана у моего сына, и он был дома. А насчет потерпевшего — это его ощущения.»
Также адвокат Бишимбаева Кусаинова ответила на все нападки:
Я хотела бы обратить внимание на реплику прокурора, где прокурор утверждала, что убийство подтверждено показаниями свидетелей. Однако не было ни одного прямого свидетеля происшествия. Были маляры и Мейрбеков, который заявил, что до 3 часов слышал голоса, а после 4 — отдельные глухие удары. На каких свидетелей ссылается прокурор? Это голословное утверждение.
Прокурор сослался на агонию, но ни одна экспертиза не подтвердила это. Где указано в экспертизе о наличии агонии? Это также голословное утверждение! Кроме того, адвокат потерпевшей стороны Омарова утверждает о наличии множественных кровоизлияний. Зачем вводить людей в заблуждение? Один сосуд в голове разорвался, из-за чего накопилось 230 мл крови. О каких множественных кровоизлияниях идет речь? Это снова голословное утверждение.
