Финансовый аналитик Андрей Чеботарёв в своем Telegram-канале поделился своим мнением о будущем Казахстана и экономическом развитии страны.
Вчера публиковал интересную информацию по инвестиционной активности за последние семь лет. С 2019 по 2026 год в стране реализовано 1 226 проектов на 8,7 трлн теңге. Создано 106,8 тысяч постоянных рабочих мест. За восемь месяцев 2026-го инвестиции в основной капитал выросли на 17%, реальный рост с поправкой на цены — 8,1%.
Признаюсь честно, что к таким красивым отчётам отношусь всегда настороженно, потому что видел бюджет и знаю сколько там на самом деле нефти и нефтяных доходов. И я точно знаю, что диверсификация никогда не бывает быстрой и простой. Нет ни одной страны в мире, которая слезла бы с сырьевой иглы за пятилетку без огромных шоков. Южная Корея шла от нищей аграрной страны к хайтеку больше тридцати лет. Малайзия отстраивала несырьевую экономику поколениями. ОАЭ до сих пор, несмотря на весь блеск Дубая, сидят на нефти плотнее, чем кажется со стороны. Это работа не на один президентский срок и не на один отчётный год.
1 226 проектов это первые шаги. И судить о них по принципу «вот сейчас построили завод, где же мгновенный расцвет» бессмысленно. Диверсификация измеряется не кварталами, а тем, что остаётся через десять и двадцать лет.
Почему я с смотрю на эти цифры с осторожным, но оптимизмом?Потому что в них виден правильный механизм. В отрасли важные для диверсификации идут настоящие инвестиции, частные деньги, которыми кто-то рискует всерьёз. Это значит, что спрос на продукцию уже сформировался. Инвестор не вкладывает миллиарды в то, что потом некому продать. Простой пример — если в стройматериалы зашло 242 проекта, значит в стране реально строят и материалы разбирают, что подтверждается темпами ввода объектов недвижимости в эксплуатацию. Если в пищевую промышленность 265, значит есть рынок сбыта и потребитель. Инвестиция это не причина развития, а его следствие. Деньги приходят туда, где спрос уже есть.
Можно ли повторить чей-то опыт? На 100% нет. Казахстан девятая страна мира по территории, а живёт нас всего около 20 млн. Мы занимаем около 70% экономики всей Центральной Азии и держим главный сухопутный мост между Китаем и Европой. Такого набора вводных нет больше ни у кого, поэтому и диверсификация у нас будет своя, не южнокорейская и не эмиратская. Нельзя взять чужую модель и наложить на страну с нашей географией, нашим населением и нашими ресурсами. Можно только учиться на чужих ошибках и идти своим темпом.
Есть две модели развития. Административная модель спускает план, назначает отрасль, заливает деньгами и строит завод, под который потом ищут покупателя. Рыночная модель наоборот пляшет от спроса, который появляется первым, а завод приходит за ним следом, потому что инвестор увидел прибыль. Первая создаёт памятники освоенным бюджетам. Вторая создаёт живые производства, которые стоят сами. Очень рад, что указ про либерадизацию от президента чётко отвечает на вопрос, какая модель подходит для нас.
Вместо выводов. Не ждите от диверсификации быстрых побед и не верьте тем, кто их обещает. Мы идём долгий путь, своим темпом, со своей уникальной стартовой позицией. Семь лет дали правильное направление, смещение в обработку это именно то, чего мы хотим. А настоящий результат будут считать не сейчас, а наши дети, когда посмотрят, сколько из этих производств дожило и выросло. Терпение здесь не слабость, а единственно возможная стратегия.
