Заканчивается II кв. 2026 года. Налоговая реформа болезненна для бизнеса, даже, по сути, для среднего, для реально малого – она тяжела. Реформа выдавливает малый B2B-бизнес с упрощенки и часть ИП перетекает в самозанятые. Это — развитие МСБ или его упрощение до уровня курьеров и таксистов? — Власти считают реформу успешной и перехватывают повестку, показывая, что «все под контролем». Отдадим должное миннацэкономике за участие в дискуссии, это – пока еще редкость в Казахстане, передает корреспондент Bizmedia.kz.
Оплата КПН высвечивает цену твоего бизнеса
«Подходит дата, которую бизнес не может проигнорировать. Оплата КПН за 2025 год. Год можно оценивать по-разному: по росту прибыли, новым проектам, масштабированию, но есть одна точка, в которой всё становится максимально честно — когда ты просто считаешь, сколько налогов должен заплатить. И в этот момент очень хорошо видно, что из себя представляет твой бизнес на самом деле», — пишет на своей странице в Meta 30 марта основатель коммуникационной студии NazymPR Назым Жангазинова.
КПН ее компании составил 36 млн тенге. И она видит в них «годовое содержание нескольких школьных классов или фонд оплаты труда десятков учителей».
[КПН — 36 млн, значит, прибыль до налогов за 2025 — 180 млн тенге, а выручка — 500-900 млн при марже 20-35%. То есть, у автора поста — средний бизнес, не малый. Ее компания — уже крупный игрок на упрощенке или OУР. Для 90% ИП с доходом в 20 млн/год, проблема КПН в 36 млн не очень интересна, в отличии от запрета вычетов B2B и НДС в 16%.]
Налоги автор поста в соцсети считает не самой приятной частью бизнеса, «но именно здесь становится понятно, на каком этапе ты сейчас находишься и в какую сторону хочешь двигаться дальше.
Не копите КПН, желательно дробить, чтобы не было большой нагрузки в 2-3 месяцах, рекомендует она фолловерам вдогонку. [Как дробить, КПН ведь платиться раз в год. Или речь о налоговой оптимизации?]
— «Или замена 500 метров новой бручатки, на новую», — иронизирует первый в комментариях
— Как ощутили новый налоговый кодекс? – спрашивают у автора. – Конечно, болезненно, отвечает она.
— Думаю, мы его к концу мая дружно ощутим. Когда будем платить НДС за I кв. 2026 года, добавляет еще один комментатор.
— Запрет на вычеты В2В сразу ощутился, с 1 января, отмечает еще кто-то.
— Для тех, кто на упрощенке, конечно. И для клиентов упрощенки, уточняют тут же.
— Самый адекватный пост о налогах за последние полгода среди предпринимателей. Большинство предпринимателей вообще не хотят понимать, что надо налоги платить, жестко отмечает еще один комментатор. [Чуть позже, впрочем, этот комментарий исчез]
— Очень обидно платить, когда видишь тот безудержный распил, которым теперь характеризуется наше государство, — реагирует кто-то на жесткость.
Давайте посмотрим фактам в глаза
«Глядя на комментарии и публикации экспертов в СМИ, вижу, что у многих есть сомнения относительно реальной деятельности малого и среднего бизнеса (МСП). Давайте посмотрим фактам в глаза», — пишет на своей странице в META же вице-премьер-министр нацэкономики (МНЭ) Казахстана Серик Жумангарин. Он напоминает об основных показателях первых итогов налоговой реформы:
- рост числа плательщиков НДС
- рост числа активных участников экономики и самозанятых — рынок труда вышел из тени и начал легализовываться
- повышение налога — не только сбор денег, но и улучшение экономической активности и налогового управления.
План по налоговым поступлениям — расчетный показатель, его можно достаточно точно спрогнозировать. А вот расширение налоговой базы, выход бизнеса из тени и изменение структуры занятости носят поведенческий характер: мы ожидали и рассчитывали на этот эффект, но просчитать его заранее невозможно. Именно поэтому данные за I квартал, в котором шла перестройка структуры бизнеса для выбора режима деятельности, наиболее показательны в качестве динамики и первых результатов реформы, считает замглавы правительства.
По итогам I кв. 2026 года выручка МСБ в бюджет выросла на 20,3%, а оборот через систему ЭСФ — на 14%. Жумангарин выкладывает данные Индекса деловой активности за I кв. 2026 года от Halyk Finance, в которых указывается, что «предпринимательская активность в I кв. выросла по сравнению с предыдущим кварталом: 50,3. (…) Индекс для МСП сформирован на уровне 50,4 (…).Индекс для крупного бизнеса составил 49,7 и замечен спад деловой активности. Это связано с нормальной динамикой в нефтяном секторе, которая также мультипликативно способствовала росту других отраслей».
[Почему рост с 50 до 50,3, это — рост, а спад до 49,7, это – «нормальная динамика»?]
Число новых работников выросло: 52,5 в МСБ. Это показывает, считает он, что занятость сохраняется и на рынке труда нет существенных изменений. Да, выручка и заказы снижаются, но ожидания бизнеса по этим показателям — положительные.
Полбизнеса Казахстана – в торговле и стройке
По данным Halyk Finance, в I квартале снизилась торговли (47,8) и строительство (49,5). Основные проблемы связаны с уменьшением объема заказов. По данным Бюро статистики, в этом и смежных отраслях работают 49,9% всех юрлиц.
[В торговле и строительстве — спад. А это 49,9% всех юрлиц. То есть, половина экономики в минусе]
Их замедление зависит от ряда факторов, в том числе, от налоговой нагрузки, не решающей, оценивает Жумангарин. Основное воздействие оказывают макроэкономические условия, прежде всего:
- строгость потребительского кредитования
- высокая стоимость долговых фондов
- ограниченная доступность банковского финансирования.
Строительный рынок сейчас проходит этап реконструкции – меняется структура спроса и источники финансирования. Эта динамика соответствует политике правительства по сдерживанию роста потребительского кредита и направлению финансовых потоков в конкретные секторы.
Если базовая ставка Нацбанка будет долго оставаться высокой, а кредиты — недоступными, экономическая активность будет снижаться. Позже это может привести к значительному спаду в некоторых сегментах рынка. «Потоп» потребительского кредита в будущем, скорее всего, повлияет на сферы услуг, транспорта, логистики, складской и рекламы и вызовет трудности с трудоустройством. Таким образом, нынешняя ситуация в первую очередь, определяется, считает Жумангарин, макроэкономическими факторами, включающими процентную политику, доступность кредитования и ужесточение сроков финансирования, особенно в ранее прибыльных сферах.
Реальное сокращение и приостановление компаний МСБ
Основная часть закрытых в 2026 году — неактивные предприятия с нулевыми доходами, без работников и признаков реальной деятельности, считает Жумангарин.
По данным налоговых органов, за I кв. 2026 года прекратили деятельность 207 912 ИП (за I кв. 2025 года — 82 874, 2024-го – 125 093). Для корректной оценки важно учитывать базовый уровень закрытий. В среднем, за первые кварталы 2024–2025 годов он составлял около 104 тыс. ИП. В I кв. 2026 года закрылись 207,9 тыс. ИП, то есть показатель оказался примерно вдвое выше. Дополнительный эффект изменений можно оценить примерно в 100 тыс. закрытий. Ожидания были выше, до 300 тысяч, изначально предполагалось, что с рынка в основном уйдут субъекты, использовавшиеся для дробления бизнеса в специальных налоговых режимах (СНР), поясняет он.
Анализ показывает, что основная часть закрытых в 2026-м — неактивные предприятия с нулевыми доходами, без работников и признаков реальной деятельности. В структуре закрытий за I кв. 2026 года:
- 39,2 тыс. перешли на режим самозанятых
- 11,8 тыс. одновременно являлись руководителями других компаний (с учетом изменений в применении СНР на основе упрощенной декларации)
- у 94,2 тыс. отсутствовали доходы в 2025 году.
Сохраняется приток новых участников: за I кв. 2026 года зарегистрировано свыше 99 тыс. налогоплательщиков (88,7 тыс. ИП и 10,3 тыс. юрлиц). Общее число юрлиц выросло до 584 093 (+4 337). Плюс свыше 410 тыс. самозанятых, из которых 85% выбрали платформенную занятость (Indriver, Яндекс, Wolt и другие), отмечает вице-премьер.
[Если 94,2 тыс. имели нулевой доход, то (207,9 — 94,2) 113,7 тыс. ИП закрылись с ненулевым доходом. Если зарегистрировано 99 тыс. новых, то чистая убыль 108,9 тыс. ИП за квартал. При этом, добавилось 410 тыс. самозанятых. Идет переток из ИП в самозанятые на платформах]
По мнению министра нацэкономики, это — и есть структурные изменения в бизнесе: закрываются неактивные и низкоустойчивые ИП, часть предпринимателей укрупняет бизнес и переходит в юрлица, часть деятельности легализуется через режим самозанятых. Причем самозанятые концентрируются в сфере платформенной занятости, то есть, это — не очередная схема ухода от налогообложения крупных игроков.
Структура ВВП регионов за 2025 год (159,6 трлн тенге): лидируют Алматы (23,4%), Астана (11,9%) и Атырауская область (10,4%). Астана, где доминирует МСБ с долей участия свыше 70% и преобладают услуги, торговля и строительство, опережает нефтяную Атыраускую область с преимущественно крупными компаниями. Это наглядно подтверждает вклад малого и среднего бизнеса в экономику, иллюстрирует Жумангарин.
По статистике предприятий, приостановивших свою деятельность в I квартале, некоторые эксперты приводят данные БНС в 184 906 предприятий, объясняя это тем, что часть предпринимателей предпочитает приостановить деятельность вместо закрытия, а часть переходит в другие форматы. И это не выглядит как спокойная адаптация бизнеса.
«Хочу сказать, что это — некорректная интерпретация данных», — считает Жумангарин.
184 906 предприятий – накопленная база всех неактивных компаний, включая те, что не работают годами. Данные налоговых органов позволяют увидеть более актуальную динамику:
- I кв. 2026 года — 62 557 приостановок
- I кв. 2025 года — 25 561
- I кв. 2024-го — 29 690.
В сопоставимых периодах видно, что число приостановок в I квартале действительно выросло примерно вдвое к предыдущим годам, однако остается существенно ниже уровня, который может складываться при использовании накопленных показателей. Такая динамика, в целом, укладывается в поведение бизнеса в условиях макроэкономической неопределенности и внешних шоков и не выходит за рамки адаптационных процессов, считает замглавы правительства.
Отметим, что совокупные налоговые поступления в Казахстане за I квартал 2026 года составили 5,8 трлн тенге. Это на 4,8% или 265 млрд тенге больше, чем за аналогичный период 2025 года, значит, рост «базы» монетизируется.
