Самая громкая мировая новость последних дней — объявление ОАЭ о выходе из организаций стран-экспортеров нефти OPEC и OPEC+. И это после 60-летнего членства в альянсе! Сегодня Эмираты ежедневно качают 3,5–4 миллиона баррелей в сутки и готовы нарастить эту цифру. ОАЭ стали четвертым производителем, вышедшим из ОПЕК+ за последние годы, и, безусловно, крупнейшим. Ангола вышла из блока в 2024 году, сославшись на разногласия по поводу уровня добычи. Эквадор вышел из ОПЕК в 2020 году, а Катар — в 2019 году.
Шаг Абу-Даби логичен. Поскольку объем добываемой страной нефти может быть увеличен до 5 или даже 6 млн. б/с, что позволит им стать законодателями мировых цен, конкурирующим наравне с многолетним лидером OPEC Саудовской Аравией.
Казахстан с его 1,579 млн. б/с выглядит на этом фоне более, чем скромно. Тем не менее для нас шаг Абу-Даби означает конец управляемого нефтяного рынка. На формирование мировой цены мы — прайс-тэйкеры, а не прайс-мэйкеры — влиять не можем. Зато теперь получаем своего рода политическую «индульгенцию» на превышение устанавливаемых альянсом квот добычи. Так что сейчас, пока война в Иране не закончена и Ормузский пролив перекрыт, а значит, мировая цена высока, эмиратский «демарш» нам вроде бы даже на руку.
С другой стороны, эти преимущества зыбки и краткосрочны. Мировая цена «бочонка» может в любой момент рухнуть, да и экспортные маршруты казахстанской нефти зависят от многих субъективных факторов, главный из которых — российский. Поскольку основной для нас экспортный маршрут по трубе КТК завязан на Россию, постольку Казахстан оказывается заложником непростой геополитической ситуации вокруг соседа. Не исключено, что завтра Москва приостановит наш экспорт по Каспийской трубе, ссылаясь на «технические проблемы», как она уже сделала с нашими поставками в Германию по «Дружбе».
Казахстан критически зависит от «войнушек» больших геополитических игроков, с одной стороны, и от мировой стоимости «бочки» — основного на сегодня «наполнителя» казны — с другой. Надежды на то, что после ухода ОАЭ начнется развал альянса с последующей ценовой вольницей, едва ли оправдаются. Ирак, третий по величине производитель нефти в ОПЕК+ после Саудовской Аравии и России, не планирует выходить из ОПЕК+, поскольку стремится к стабильным и приемлемым ценам на нефть, заявили во вторник два иракских представителя нефтяной отрасли. Даже Иран, несмотря на конфронтацию с многими арабскими государствами-опековцами, не собирается хлопать дверью — как, кстати, и Россия. Членство в OPEC дает, помимо прочего, еще и дополнительный политический вес — что в сегодняшних реалиях совсем не помешает ни Тегерану, ни Москве.
Что до Астаны, то мы состоим во «второй лиге» — OPEC+, где условия помягче, чем в «элитном дивизионе». Поэтому даже в случае ухода вслед за ОАЭ еще одного-двух игроков Казахстану нет резона следовать за ними. Тем более что, по словам нефтяного маркет-аналитика Хелимы Крофт, сказанным корреспонденту Reuters, «в ближайшем будущем члены ОПЕК+ будут больше сосредоточены на восстановлении объектов, пострадавших от войны, чем на сокращении добычи».
Словом, главное сейчас — не делать резких движений. Тем более что мировой нефтяной рынок их, скорее всего, просто не заметил бы.
