Кто победит: «чистый уголь», сырья для которого в Казахстане навалом, атомные станции, сырья для которых тоже много или возобновляемые источники энергии (ВИЭ)? Все эти источники энергии достаточно дороги для страны. Однако, энергия ВИЭ быстро дешевеет, а вот удешевление «чистого угля» и энергии АЭС придётся ждать, наверное, долго. Обидно.
«Ещё не вечер …»
На последнем заседании правительства Казахстана должен был обсуждаться вопрос цифровизации энергетики, но, кажется, причастные к обсуждению, незаметно для себя, перешли к пути не только закрытия дефицита энергии, но и обеспечения профицита уже в 2029 году.
В I полугодии 2025 года Казахстан закупил российских топливно-энергетических товаров, включая бензин и авиакеросин, а также электроэнергию для компенсации дефицита внутренних мощностей, на более $875 млн — на 20% больше, чем за I полугодие 2024 года.
«Ключевым направлением угольной генерации является проект расширения Экибастузской ГРЭС 2, с установкой третьего и четвёртого энергоблока, общей мощностью 1080 МВт. EPC контракт заключён в мае 2025 года. Идут строительные работы, для их обеспечения заключены договор и выплаченные авансы на производство турбин, генератора и энергетических котлов», — сказал на заседании правительства председатель правления АО «Самрук-Энерго» Кайрат Максутов.
Ввод энергоблоков запланирован в октябре 2028 года и 2030 года.
В строительстве ТЭЦ в Кокшетау заключены договоры на проектирование, поставку оборудования и строительство. В проекте предусмотрено применение технологии «чистого угля» и после ввода станции в эксплуатацию в 2029 году планируется выдача 240 МВт электрической и 520 Гкал тепловой мощности.
По ТЭЦ в Семее и Усть-Каменогорске Минэнерго заключены договоры на строительство. Планируется введение в эксплуатацию электростанции, мощностью 360 МВт и 1 000 Гкал в 2029 году.
Параллельно, по данным Максутова, Самрук-Энерго планирует построить с иностранными партнерами в 2026-2029 годах несколько ВИЭ, мощностью 4900 МВт:
- солнечную станцию с системой накопления энергии (СНЭ), мощностью 300 МВт, Самрук-Энерго планирует построить с Energy China в Туркестанской области, заключение ЕPC контракта планируется в ноябре 2025 года, ввод в эксплуатацию — в I кв. 2027 года
- солнечные станции с с UNIGreen Energy, мощностью 1 000 МВт, планируется построить в Туркестанской и Жамбылской областях, заключение ЕPC контрактов — в III кв. 2026 года, ввод в эксплуатацию в 2026-2028 годах
- ветровую станцию совместно с PetroKaz (CNPС), мощностью 100 МВт, планируется построить в Улытау, заключение ЕPC контракта — во II кв. 2026 года, ввод в эксплуатацию во II кв. 2027 года
- ветровую станцию с системой накопления энергии, с Total Energies, мощностью 1 000 МВт, планируется построить в Жамбылской области, заключение ЕPC контракта — в декабре 2025 года, ввод в эксплуатацию в IV кв. 2028 года
- ветровую станцию с системой накопления энергии, совместно с SPIС, мощностью 1 000 МВт, планируется построить в Павлодарской области, заключение ЕPC контракта — в марте 2026 года, ввод в эксплуатацию в IV кв. 2028 года
- ветровую станцию с системой накопления энергии, с Energy China, мощностью 500 МВт, планируется построить в Карагандинской области, заключение ЕPC контракта — III кв. 2026 года, ввод в эксплуатацию — I кв. 2029 года
- ветровую станцию с системой накопления энергии с Masdar, мощностью 1000 МВт планируется построить в Жамбылской области, заключение ЕPC контракта — март 2026 года, ввод в эксплуатацию — II кв. 2029 года.
С планом у Самрук-Энерго — всё блестяще, а вот с фактом у правительства — относительно. За 10 месяцев Казахстан ввел в эксплуатацию менее половины планируемой суммарной мощности ВИЭ.
«На сегодняшний день уже введено 370 МВт, из них 216 МВт ВИЭ, до конца года будет введено 251 МВт», — заявил министр энергетики Казахстана Ерлан Аккенженов.
Хотя, конечно, «еще не вечер».
В 2025 году запланирован, по его данным, ввод более 621 МВт, из них 166 МВт традиционной и 9 объектов ВИЭ (возобновляемых источников энергии) суммарной мощностью 455 МВт.
«Врешь, не уйдешь …»
Правительство все еще хочет плыть против ветра, но развитие возобновляемой энергетики неизбежно, — отвечает на вопрос Bizmedia.kz об актуальности для Казахстана планов по строительству ВИЭ теперь, когда есть план строительства сразу трех атомных станций, экономист и энергетик, экс-глава KEGOC Асет Наурызбаев.
«Даже если правительство продолжит строить АЭС, все больше производств будет уходить на автономные ВИЭ, как это уже происходит в Казахстане. Да и частные потребители уйдут на солнечные панели из-за дороговизны атомной энергии. Так что от ВИЭ не уйдешь, даже если это будет происходить вне аукционов, организуемых правительством», — говорит Наурызбаев.
В энергетике Казахстана — новый этап. После утверждения площадки под первую атомную электростанцию (АЭС) и обсуждения ещё двух закономерно возник вопрос, а останутся ли актуальными планы по возобновляемым источникам энергии (ВИЭ) или их стоит пересмотреть, задается вопросом управляющий директор НПП РК «Атамекен» Жакып Хайрушев.
«На первый взгляд, запуск атомных проектов по минимум 2-2,4 ГВт каждый, снижает потребность в быстром наращивании ВИЭ. На самом деле, уверен, что нет», — говорит Хайрушев.
По данным Системного оператора ЕЭС Казахстана — АО «KEGOC», установленная мощность энергосистемы около 25,3 ГВт, из них более 3 ГВт, это — ветер, солнце, малая гидро и биогаз. По объёму генерации доля ВИЭ уже выросла до 7,2%, то есть выше прежних ориентиров, при всех текущих ограничениях сетевой инфраструктуры.
Темпы при этом сдержанные. За почти десять месяцев 2025 года в строй вошли менее половины запланированной «зелёной» мощности. Это — сигнал синхронизировать проекты с сетями, ускорить подключения и подправить экономику сделок, не меняя целевой ориентир, а он, как известно, 15% к 2030 году.
Здесь важна связка и с внутренней промышленной повесткой. На прошедшем форуме «КазЭнергоОТП» отечественные производители констатировали, что в Казахстане сегодня есть широкая линейка конкурентоспособных решений для энергетики и коммунального хозяйства. Предлагалось нормативно зафиксировать некий минимум локализации на уровне не менее 51% при реализации проектов и в госзакупках, а также «local content» не ниже 30%, даже при межправительственных соглашениях. Это — прямая инвестиция в технологический суверенитет и в снижение валютных рисков по жизненному циклу проектов, от шины генератора до цифровых платформ обслуживания, считает Хайрушев.
Отдельная тема, это — расчёты и розница. Единый закупщик создан для стабилизации оптового рынка, но практика выявила узкие места. Так, адресная поддержка гарантирующих поставщиков со временем утратила фокус и породила ценовые перекосы и выросшую нагрузку на потребителей, включая МСБ, отмечает он.
«Корректнее не ломать схему, а перенастроить её, то есть, навести прозрачность в механике расчётов, убрать паразитные стимулы и вернуть инструменту его изначальную логику», — рекомендует Хайрушев.
«Чистый уголь» ВИЭ — не конкурент
Теперь про уголь. Здесь лучше всего опираться, по его мнению, на позицию главы государства, что уголь — стратегический ресурс Казахстана. Его нужно не стесняться, а использовать умнее и чище. Сегодня в нашей стране больше половины электроэнергии производится на угольных станциях, а это — «скелет» текущей надёжности.
Переход к углеродной нейтральности означает не отказ от угля «завтра», а внедрение технологий улавливания и использования СО₂, рост КПД, обновление газоочистки и автоматизации. Понятно, что это дорого и явно не для тарифа, поясняет Хайрушев, отвечая на вопрос Bizmedia.kz, почему не на всех расширяемых или планируемых к расширению станциях в Казахстане, планируется применять технологию «чистого угля». Значит, правильно попытаться через госпрограммы, «пилоты» с международными институтами развития и адресные меры поддержки начать переходить на «чистый уголь».
Наурызбаев, примерно также оценивает технологию «чистого угля»: «Чистый уголь» — технология дорогая и поэтому неконкурентоспособная по отношению к ВИЭ. Возможно, поэтому для удешевления стоимости некоторые станции будут строить без систем очистки«.
«На самом деле так финансируется и атом, но возврат через тариф просто растянут на годы и десятилетия, да и топливо загружается раз в год», — поясняет Хайрушев.
Именно так складывается сбалансированная энергетическая конструкция. Атом обеспечивает базовую устойчивость и долгую предсказуемость, уголь — энергетическую безопасность и опору в период технологического перехода, ВИЭ + накопители — гибкость и маневренность и экологическое измерение, а отечественные производители ускоряют развёртывание этой системы, удерживая добавленную стоимость внутри страны и сокращая жизненные издержки проектов, подытоживает Хайрушев.
Трансформация механизмов Единого закупщика — ТОО «РФЦ по ВИЭ», подведомственной организации Минэнерго РК, обновление тарифной модели и внедрение цифровых инструментов, это — те шаги, которые снижают, по его мнению, отраслевые риски, укорачивают сроки реализации инвестиций и делают возврат капитала более прозрачным.
