Уже к концу дня в воскресенье стало ясно: понедельник страна встретит с новой Конституцией. По данным экзитпола Института комплексных социальных исследований «Социс-А», 87,4% опрошенных проголосовали «за» при явке 73,8% всех избирателей страны. Можно по-разному относиться к этим цифрам, но очевидно одно: народ перевернул страницу затянувшегося транзита от старого Казахстана к новому — и теперь все ссылки на «противодействие» реформам, «реваншистские настроения», саботаж и тому подобное больше не принимаются. Отныне ничего (кроме, разве что, ситуации в Ормузском проливе) не мешает строить Новый, Справедливый, Слышащий, Правовой — список можно продолжать — Казахстан.
Более того, президент Касым-Жомарт Токаев в ходе экспресс-брифинга сразу после того, как он проголосовал в Астане, дезавуировал все конспирологические разговоры в соцсетях — о своём «уходе» в генсеки ООН, о «досрочных президентских выборах» и — главное — об «обнулении» своих полномочий, которые, как и было решено на предыдущем конституционном плебисците, истекут в 2029 году. Так что в Казахстане создан уникальный в мировой практике прецедент: уже с нынешнего года страна будет жить по новой Конституции, а через почти 4 года нового главу государства изберут по старой.
Это чрезвычайно важный момент — может быть, самый главный итог всей эпопеи с новым Основным законом. Ведь глава государства чётко дал понять гражданам: он верен своему изначальному курсу на демократическую преемственность власти, на построение государства, где не останется места для интриг «серых кардиналов» и прочих «закулисных кукловодов», — о чём он сам и сказал незадолго до референдума на встрече с маслихатами всех уровней. И теперь эта позиция президента — своего рода «гарантийный талон» необратимости курса на Жана Казахстан — как бы высокопарно это ни звучало.
Почему это чрезвычайно важно? Потому что с этого момента начинается процесс, значение которого для будущего страны трудно переоценить — речь о возвращении доверия граждан к власти. До сих пор в обществе бытовало убеждение: главная задача власти, вытекающая вроде бы из самой её природы, — закрепить в законе собственную неприкосновенность, создавая юридические конструкции, защищающие политическую систему от демократической сменяемости и, что ещё хуже, от ответственности за свои решения и действия.
В благополучные (или, как принято их называть, «тучные») годы высоких мировых цен на сырьё общество ещё как-то мирилось с этим, получая взамен относительно сытое существование. Но даже тогда этот статус-кво постепенно разрушал фундамент устойчивости любого государства — доверие его граждан. Сегодня, когда весь мир переживает небывалые доселе экономические и социальные потрясения, казахстанцам становится всё более очевидно: эпоха сырьевого благоденствия, когда любой очаг социальной напряжённости внутри страны можно было легко погасить нефтедолларами, закончилась. И «купить» доверие своих подданных государство может только одной валютой — честной, справедливой, ответственной политикой.
Это не одномоментная история, но начало положено — и теперь всё зависит только от того, каким конкретным содержанием наполнит власть — исполнительная и законодательная — красивые формулировки новой Конституции. Ведь она, по сути, есть не что иное, как договор управляющих государством с теми, кем они управляют — то бишь с «нами, народом Казахстана».
Власть устами президента Токаева подтвердила готовность исполнять взятые на себя по этому договору обязательства. А нам, народу, предстоит не только исполнять свою часть договорных обязательств, но и контролировать исполнение своей части всей огромной государственной машиной.
Что из этого выйдет и выйдет ли вообще что-нибудь? Ответ мы узнаем уже скоро.
