Нацбанк подтвердил Bizmedia.kz: стратегический крипторезерв и инвестпрограмма на миллиард долларов — уже реальность. В ответе на запрос редакции регулятор раскрыл, как государство планирует зарабатывать на цифровых активах. Спойлер: «сейф» надежный, но план действий на случай форс-мажора еще в разработке.
Архитектура на 700 миллионов и «скрытые» резервы
Казахстан переходит от теории к практике: структура для управления цифровыми активами уже создана. Согласно ответу Нацбанка, Национальный стратегический крипторезерв сформирован еще в прошлом году на базе АО «НИК НБК» (Национальная инвестиционная корпорация).
Цена входа в цифровой рынок строго лимитирована.
«Крипторезерв будет формироваться за счет инвестирования части золотовалютных активов (до 350 млн долларов США), активов Нацфонда (до 350 млн долларов США)», — сказано в ответе Нацбанка.
То есть стартовый капитал может составить до 700 млн долларов. Однако здесь есть любопытная деталь. Помимо денег Нацфонда и золотовалютных резервов, регулятор оставил возможность пополнения копилки за счет «иных государственных активов по решению Правительства РК». Не исключено, что «иные активы» — это криптовалюта, конфискованная силовиками у нелегальных майнеров и обменников. Теперь эти активы не нужно будет экстренно продавать — они могут стать легальной и «бесплатной» для бюджета частью государственного резерва.
«Холодный» суверенитет
Самая сильная и проработанная часть стратегии — безопасность хранения. Нацбанк сделал ставку на полный цифровой суверенитет, отказавшись от услуг внешних криптобирж для хранения активов. Эту функцию возьмет на себя Центральный депозитарий ценных бумаг.
В ответе подчеркивается изолированность системы:
«Хранение цифровых активов будет обеспечено с использованием собственной инфраструктуры «холодного хранения», а генерация и хранение закрытых ключей (private keys) от кошельков будут осуществляться в закрытом (защищенном) контуре депозитария».
Фактически государство строит собственный цифровой форт, ключи от которого физически не могут быть украдены через интернет.
«Цифровое зерно»
Поправки в профильный закон вступают в силу 1 мая 2026 года — это фактический дедлайн запуска системы на полную мощность. К этому моменту понятие «цифровых финансовых активов» (ЦФА) будет окончательно регламентировано.
В своем запросе редакция интересовалась, есть ли в планах покупка Биткоина или Эфириума. Регулятор ушел от упоминания конкретных монет, но дал широкое определение.
«Активы Крипторезерва планируется инвестировать в цифровые активы, производные финансовые инструменты, базовым активом которых являются цифровые активы, а также акции и доли компаний, развивающих и (или) инвестирующих в цифровые активы», — отметили в Нацбанке.
То есть инвестировать будут не только в валюту, но и в токенизированные реальные активы (RWA). Также в портфель могут входить активы, где базой выступают «товары и иное имущество». Это открывает дорогу к покупке токенизированного золота, недвижимости или сырья, что считается более надежным вложением, чем волатильные криптовалюты.
Главный риск: отсутствие «стоп-крана»
Если техническая часть описана детально, то протокол действий на случай обвала рынка пока неясен. На вопрос редакции о наличии «потолка убытков» (stop-loss) и конкретных правилах выхода из позиций при падении крипторынка, Нацбанк признал, что эта часть нормативной базы еще не готова:
«В настоящее время… ведется работа по принятию документов, регламентирующих функционирование и механизм управления крипторезервом, в том числе параметры риск-профиля и целевой доходности».
Это означает, что инфраструктура и деньги уже есть, а утвержденный сценарий действий при «криптозиме» появится к маю.
Уход в частный долг
Второй масштабный проект — «Программа открытого инвестиционного партнерства» с бюджетом в 1 млрд долларов. Географию инвестиций сложно назвать глобальной, но она вполне амбициозна.
«Основная часть инвестиций – до 70% – будет направлена на проекты в Казахстане. Оставшиеся средства планируется инвестировать в странах Центральной Азии и Кавказа с учетом уровня развития рынков, наличия перспективных проектов и задачи по расширению экономического присутствия Казахстана в регионе», — сообщили в Нацбанке.
Примечательно, что программа предполагает использование сложных инструментов, недоступных рядовому инвестору. Нацбанк, помимо венчурного капитала, указал и Private Debt (частный долг).
Это может означать, что Нацбанк намерен не просто покупать акции на бирже, а напрямую кредитовать частные компании. Или входить в капитал непубличного бизнеса. Это стратегия с высокой потенциальной доходностью, но и с рисками. Средства можно потерять в случае банкротства заемщика. В качестве страховки Нацбанк планирует обратиться внешних специалистов:
«Для объективной и независимой оценки коммерческого потенциала и рисков инвестиционных проектов будут привлекаться международные управляющие с соответствующим опытом».
Термин «международные управляющие» на языке финансистов означает привлечение глобальных инвестиционных компаний или специализированных венчурных фондов. Обычно услуги таких управляющих стоят дорого. Стандарт рынка для венчурных инвестиций и Private Equity — это модель «2/20» (2% от суммы активов в год просто за управление + 20% от полученной прибыли). То есть, если они управляют миллиардом, то $20 млн в год может уходить им гарантированно, плюс бонусы. Но это лишь предположение, так как условия потенциальных контрактов Нацбанк не раскрыл.
Вопрос доходности
Казахстан де-факто создает инфраструктуру, соответствующую стандартам ведущих финансовых держав. То есть переходит в высшую лигу. А планы по экономической экспансии в соседние страны — это серьезная заявка Казахстана на статус безоговорочного финансового лидера в регионе.
Однако открытым остается главный вопрос: готов ли регулятор подкрепить эти технические и геополитические амбиции реальной смелостью в инвестициях? Или новая программа повторит судьбу портфелей Нацфонда и ЕНПФ, где приоритет «безопасности любой ценой» годами обеспечивал низкие риски, но и такую же скромную доходность.
