Что будут делать аким Кильбай и вице-премьер Жумангарин, если завтра у одного кончится нефть, а у другого доверие кредиторов?
Во вторник, 23 декабря на брифинге в столичной Службе центральных коммуникаций официально прозвучало давно очевидное: нефть в наших недрах неотвратимо заканчивается, а значит, нужно искать «новые точки роста». Примечательно, что журналистский вопрос «что вы будете делать, когда кончится нефть?» был задан не какому-нибудь «комбайнеру-теоретику» из околоправительственной высоколобой структуры, а практику, работающему «на земле» в одном из главных центров нефтедобычи. И, честно говоря, ничего особо духоподъемного аким Мангистауской области Нурдаулет Кильбай на это не ответил.
Да, на «ОзенМунайГазе» в Жанаозене под эгидой «КазМунайГаза» проводится «программа реабилитации» скудеющих подземных кладовых. Как пояснил рулевой региона, «возможно, где-то глубже есть новые запасы нефти. Если сегодня они добывают на глубине 1,5-2 тысячи метров, то следующий запас, возможно, 5-6 тысяч метров. Поэтому идёт работа по реабилитации месторождения. Но проблема же в другом — в будущем нужна ли будет эта нефть в таком количестве? Сейчас зелёный водород, на электричество переходят все».
Собственно, что еще мог сказать нетипичный для Мангистау аким без нефтяного образования? Кильбай железнодорожник, его конек логистика. Профессиональный нефтяник понимает: чем глубже залегание нефти,тем она более «отягощена» примесями и тем выше себестоимость ее добычи. Качать такое «черное золото» завтра может оказаться просто невыгодно. А четкого «плана В» для региона, традиционно живущего за счет сырьевой ренты, у местных властей, похоже, нет. Во всяком случае, общие фразы г-на Кильбая про «тема нефти не закрывается, возможно, через лет 10-15 эта проблема (ее отсутствия) возникнет, к чему мы сегодня готовимся» звучат не слишком убедительно.
Ну, примерно так же, как тирада вице-премера Серика Жумангарина про новый Налоговый кодекс, при котором «у 85 процентов предпринимателей ничего не изменится». По словам вице-премьера, действия правительства одобряют наши главные международные кредиторы — МВФ и Всемирный банк, а значит, мы можем не просто занимать у них дальше, но делать это на более выгодных условиях. Логика понятна: главная наша «точка роста» — кредитный рейтинг, а остальные проблемы будем решать по мере их поступления.
Пока это работает. Но что будет завтра, если доверие кредиторов иссякнет, как нефть? Причем, в сегодняшнем турбулентном мире это может случиться не «лет через 10-15», как с мангистауской нефтью, а гораздо раньше.
И что тогда скажут наши «комбайнеры-теоретики»?
