На недавнем форуме К25, который вот уже 15 лет проводит Kazakhstan Growth Forum (KGF) ведущие эксперты страны и мира обсуждали, какой путь развития должен выбрать Казахстан. Картина вырисовывается сложная, но полная решимости. Как метко выразился вице-премьер, министр национальной экономики Серик Жумангарин, наша страна стремится преодолеть статус «land-locked» и стать настоящим «land-linked» хабом Евразии. Это больше не просто амбиция, а насущная необходимость, ведь доля нефтяных доходов в ВВП за последние полтора десятилетия сократилась вдвое — с 16% до 8%. Такая динамика заставляет ускорить диверсификацию, делая ставку на автопром, логистику и масштабную модернизацию инфраструктуры.
Обрабатывающая промышленность, которая уже сегодня дает 7% налоговых поступлений, видится правительству ключевым драйвером будущего. Особые надежды возлагаются на мультимодальность и поиск выхода к океану через партнерство с такими странами, как Армения и Иран. Оптимизм подкрепляется макроэкономическими прогнозами: в этом году Казахстан ожидает исторический рубеж — объем ВВП превысит 300 миллиардов долларов, а подушевой показатель достигнет 15 тысяч долларов.
Чтобы драйвить внутреннюю экономику, Казахстан уверенно возвращается на мировой рынок капитала, привлекая займы под сравнительно низкую ставку в 5,5% — во многом благодаря улучшению кредитного рейтинга и управляемому уровню внешнего госдолга, который составляет всего 2,2% от ВВП. Однако за позитивной динамикой скрываются и структурные перекосы. С 2021 года сохраняются раздутые бюджетные расходы, во многом связанные с социальными обязательствами, которые сегодня сложно сокращать без риска общественного недовольства. Это вынуждает власти проводить непопулярные, но необходимые реформы, такие как повышение НДС и сокращение налоговых льгот.
Инфляция остается ахиллесовой пятой экономики — ее годовой уровень сейчас составляет 12,2%. Высокие инфляционные ожидания напрямую отражаются в дорогих кредитах, а главным драйвером роста цен стали тарифы. Впрочем, правительству уже удалось обуздать продовольственную инфляцию, и теперь стоит задача снизить общий показатель до 11% к концу года, а в следующем — ниже 10%. Как отметил вице-премьер, экономический рост почти всегда сопровождается повышенной инфляцией, и Казахстан не исключение. Важным инструментом для разгона экономики должны стать прямые иностранные инвестиции — до конца года планируется привлечь 24 миллиарда долларов.
Но для настоящего прорыва недостаточно просто наращивать объемы. Как убежден председатель KGF ЕльдарАбдразаков, Казахстану нужен стратегический рывок — переход от деклараций к реальному созданию новых индустрий. Фокус на инновации, особенно на Индустрию 4.0 и агентный искусственный интеллект, больше не может быть второстепенным. Это новая платформа глобальной экономики, и отставание здесь будет стоить дорого. Внедрение передовых технологий сулит не только рост ВВП и производительности, но и принципиальное усиление конкурентоспособности на рынке региона с населением 60–70 миллионов человек. Это шанс создать новый институт фондирования, поднять качество человеческого капитала и закрепиться в роли центра компетенций для всей Центральной Азии. Речь идет о фундаментальном реинжиниринге процессов, переходе к предиктивному управлению и умении извлекать ценность из данных.
Реальность, однако, демонстрирует признаки «двухскоростной экономики». Как показал рэнкинг С500: Markets Drivers, представленный директором KGF МаржанМеланич, объем выручки пятисот крупнейших компаний страны достиг 126 миллиардов долларов. При этом 53% этой суммы генерируют всего 20 лидеров, а на долю топ-3 секторов — энергетики (34%), материалов (25%) и финансов (18%) — приходится 77% выручки. Это говорит о высокой концентрации: экономический рост все сильнее сосредоточен в узком круге игроков, что повышает системные риски. Чистая прибыль в ключевом энергетическом секторе и вовсе упала на 30%.
Глобальный контекст лишь усложняет задачу. Как отметил Хосе Кабальеро из IMD World Competitiveness Center, международный бизнес сталкивается не с гипотетическими рисками, а с новыми структурными условиями: торговыми войнами, геополитическим соперничеством и социально-экономической поляризацией. Эти «разломы» бьют по трем ключевым основам конкурентоспособности: стратегии, доступу к талантам и институциональной стабильности. В таких условиях побеждают те, кто может предложить не просто зарплату, а комплекс пакетов для талантов, снизить миграционные барьеры и работать с социальным неравенством.
Константин Полунин из BCG подтвердил, что мир меняется с невероятной скоростью, вынуждая постоянно корректировать глобальные торговые модели. Центральная Азия и Прикаспийский регион, включая Казахстан, пока воспринимаются инвесторами как небольшой, раздробленный и изолированный рынок с высокими комплаенс-рисками и гиперцентрализацией решений. Чтобы извлечь выгоду из глобальных потрясений, Казахстану, обладающему явными преимуществами перед соседями, необходимы системные меры, тесное региональное сотрудничество и мощная аналитическая поддержка для внешней политики.
Важным шагом к формированию качественно новой бизнес-среды стал рэнкинг TOP CXO, представленный управляющим директором Centras Еленой Афониной. Эта инициатива призвана создать объективную систему оценки управленцев по критериям компетенции, лидерства, результативности и удовлетворенности клиентов. Такой подход помогает формировать ролевые модели, стимулировать прозрачность и поднимать стандарты менеджмента. Полный список TOP CXO и подробности методологии рэнкинга доступны на сайте: www.cxo.kz
В завершение форума были названы имена лидеров, которые уже сегодня задают высочайшую планку. В номинации CEOs of The Year победу одержали Владимир Денисов, президент авиакомпании SCAT (Направление Performance), Наталья Акентьева, председатель правления Bank RBK (Направление Excellence), и Умут Шаяхметова, председатель правления Народного банка Казахстана (Направление Leadership). Звание «Сделка года» получил Народный банк Казахстана, а титул «Трансформатор года» — компания MOST.
Поздравляя победителей, деловое сообщество Казахстана чествует не просто успех, а новый стандарт управления, где устойчивость, стратегическое видение и умение вести за собой команду становятся главными слагаемыми конкурентоспособности в XXI веке.
