Поставленная президентом в Послании задача «оптимизировать» социальные льготы и привести их к общему знаменателю в принципе понятна – у государства – в центре и на местах – банально нет денег на то, чтобы в полной мере соответствовать своему конституционному статусу государства социального. Но вопрос в том, как это будет делаться и к чему приведет?
Очевидно, что социальные выплаты в регионах надо бы причесать под одну гребенку – унифицировать. Но это приведет к существенным диспропорциям в зависимости от «богатства/бедности» конкретных регионов: сумма, считающаяся вполне адекватной в СКО или в области Абай, покажется «смешной» жителю Астаны, Алматы или Актау. Понятно, что, к примеру, госпособие по инвалидности 1 группы (100 с лишним тысяч тенге) на севере Казахстана – одна сумма и совершенно другая – на западе страны, в Алматы или в столице.
Сейчас этот дисбаланс худо-бедно выравнивается за счет региональных доплат и пособий. Если завтра их не станет, то так называемым СУСН (социально уязвимым слоям населения) в «богатых» регионах с более высокими розничными ценами останется перебираться в более бедную «глубинку». А ведь речь идет не столько о «людях с особыми потребностями», сколько о вполне трудоспособных получателях АСП (адресной социальной помощи), по тем или иным причинам оказавшихся «в трудной жизненной ситуации». Именно их, по всей видимости, имел в виду Касым-Жомарт Токаев, когда 8 сентября заявлял с парламентской трибуны, что «недальновидная социальная политика последних десятилетий привела к росту иждивенческих настроений».
Но очевидно и другое: однажды получив такой «подарок» от государства, эти люди не захотят так просто с ним расстаться. Тем более что все прекрасно помнят один из первых шагов президента Токаева, когда в 2019 году он «простил» сотням тысяч закредитованных малоимущих их долги перед банками.
Теперь ситуация иная, и Токаев давно уже легитимный президент. Но в свете ликвидации сената стране предстоят новые выборы «исправленного и дополненного» мажилиса – с новым функционалом, новой численностью и новой технологией избрания – стопроцентно партсписочной. Выборы, проходящие на таком социальном фоне, грозят победой кандидата «Против всех», недавно восстановленного в избирательных бюллетенях. А это – в лучшем случае, новые выборы (с новыми тратами из прохудившейся казны). В худшем – всплеск недовольства.
Судя по первым суперосторожным заявлениям министра труда и соцзащиты населения Светланы Жакуповой, в правительстве это хорошо понимают. Другой вопрос, понимают ли они, что делать в этой непростой ситуации? Пока ответ на него далек от утвердительного…
