Итак, лёд тронулся! Сегодня в прибалхашском посёлке Улкен в стандартно-торжественной обстановке заложили капсулу — символ начала атомной «стройки века».
Были, естественно, торжественные речи в исполнении заказчика (Алмасадам Саткалиев, Агентство РК по атомной энергии) и подрядчика (Алексей Лихачёв, Росатом). Нет смысла останавливаться на сказанном ораторами — речи, как положено в таких случаях, получились дежурными.
Зависимость
Но это только слова. А дела сегодня напрямую зависят от того, что наш президент Касым-Жомарт Токаев называет «новой геополитической реальностью». Нынче эта реальность весьма и весьма зыбкая, она зависит от малейшего порыва политических ветров в Вашингтоне, Брюсселе и Москве.
Как долго хозяин Кремля собирается водить за нос (другой идиомы тут не подберёшь!) хозяина Белого дома? От ответа на этот вопрос зависят ввод Дональдом Трампом новых антироссийских санкций и возможность попадания под них Росатома. Если это произойдёт, то российское финансирование казахстанской «стройки века» окажется примерно там же, где обещанное ранее другим соседским подрядчиком — РАО ЕЭС — «экспортное финансирование трёх ТЭЦ», о которых Bizmedia не раз писал (уточнять место, где оно окажется, мы по причинам этического характера не станем).
Но если в случае с теплоцентралями в Кокшетау, Семее и Усть-Каменогорске Казахстан ещё может довести стройку своими силами — взяв деньги из Нацфонда, ЕНПФ или, в конце концов, организовав очередной международный заём — то с «мирным атомом» такой фокус удастся едва ли — слишком велика цена вопроса, сам проект строительства АЭС (который никто за пределами узкого круга интересантов не видел) наверняка «заточен» под российские технологии и российское же оборудование.
Санкции — угроза?
А если всего этого вдруг не станет по прихоти западных «санкционных смотрителей», то заполнить «свято место» будет нечем: у Казахстана нет ни своего оборудования, ни собственных технологий — ничего, кроме широковещательных заявлений о готовности обеспечить самостоятельно эксплуатацию уже построенной станции.
В этом случае, кстати, трудно будет рассчитывать на помощь «международного консорциума» подрядчиков, о котором с самого начала вели речь в Казахстане. И понятно — кто ж из мировых лидеров атомной отрасли захочет впрягаться в проект с обложенным санкциями генподрядчиком?
Правда, и ранее Алмасадам Саткалиев, и буквально на днях первый вице-премьер Роман Скляр глухо намекали на некий «план Б». Но, как мы видим на печальном примере другой российской стройки — в турецком Аккую — там у Росатома никакого такого плана нет. И лучшее, на что могут надеяться турки, — запуск первой очереди.
А мы? Что получим мы, если этот пессимистический прогноз сбудется? Позовём достраивать китайцев, опасающихся санкционного пресса не меньше других? Или будем ждать лучших времён? Которые раньше или позже непременно наступят? Дай Аллах, чтобы эти вопросы так и остались риторическими…
