Несмотря на амбициозные планы по легализации труда через цифровые платформы, инициатива, стартовавшая почти два года назад, до сих пор реализуется преимущественно на базе одного оператора.Почему реформа не стала отраслевым стандартом и что мешает другим сервисам подключиться к системе — разбирался корреспондент BizMedia со ссылкой на материал NewTimes.kz.
В сентябре 2023 года президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев поручил цифровым платформам вывести из тени труд водителей, курьеров и других исполнителей, работающих через онлайн-сервисы. Предполагалось, что платформы будут не только обеспечивать легализацию занятости, но и брать на себя налоговые и социальные обязательства за своих работников, чтобы те могли рассчитывать на пенсию, медицинское страхование и другие гарантии.
В ответ на это поручение осенью 2023 года стартовал пилотный проект с участием «Яндекс.Такси». Компания предложила техническое решение, предусматривающее упрощённую регистрацию индивидуальных предпринимателей, автоматическое удержание налогов и социальных взносов, а также интеграцию с государственными информационными системами.
На заседании Национального курултая 14 марта 2025 года премьер-министр Олжас Бектенов подтвердил: цифровые платформы должны стать полноценными участниками трудовых отношений и нести ответственность за исполнителей. Министерствам поручено регулярно отчитываться о ходе внедрения этой политики.
Согласно официальным данным Комитета государственных доходов от 3 июня 2025 года, интеграция с государственными системами завершена у трёх платформ: «Яндекс.Такси», inDrive и Top.kz. Ещё десять сервисов, среди которых Qwork, Airba Fresh, ApartX, Wolt, Jumis Go, Easytap, Uvu, Choco Food, Arbuz.kz и Glovo, только начали процесс подключения.
Однако на практике подавляющее большинство легализованных исполнителей — это водители «Яндекс.Такси»: более 80 тысяч из 83,2 тысячи зарегистрированных индивидуальных предпринимателей. По неофициальным данным, inDrive насчитывает около 50 тысяч водителей в Казахстане, но лишь немногие из них оформили статус ИП. Это свидетельствует о том, что даже при наличии нормативной базы процесс легализации идёт крайне медленно.
Эксперты оценивают общий объём платформенной занятости в Казахстане от 500 тысяч до 1,5 миллиона человек. Тем не менее, спустя почти два года после старта реформы, её практическая реализация по-прежнему ограничена одним крупным оператором. Такая ситуация чревата перекосом: масштабная инициатива с высокой социальной значимостью пока не стала отраслевым стандартом.
В то же время Комитет государственных доходов проявляет удивительную мягкость в вопросах контроля за цифровыми платформами, что резко контрастирует с более жёстким подходом к другим категориям, например, блогерам. Почему ведомство не проявляет аналогичной настойчивости в отношении крупных онлайн-сервисов — остаётся открытым вопросом.
Сложившаяся ситуация требует объективного анализа. Почему остальные платформы до сих пор не включились в процесс на должном уровне? Какие препятствия — технологические, организационные или экономические — мешают им? Ответы на эти вопросы критически важны: без их решения инициатива по обеспечению базовых прав сотен тысяч казахстанцев рискует остаться лишь на бумаге.
