Политический обозреватель Газиз Абишев раскритиковал идею депутата Ардака Назарова о введении повышенного налога для разведённых. По его мнению, подобная инициатива ущемляет права граждан и искажает суть семьи как добровольного союза, сообщает Bizmedia.kz.
30 апреля депутат Мажилиса Ардак Назаров направил депутатский запрос на имя премьер-министра Олжаса Бектенова, предложив повысить налоговые ставки для граждан, расторгнувших брак. Также он выступил с идеей информационно-пропагандистской кампании против кредитов на проведение свадеб.
Предложение вызвало общественный резонанс, особенно среди правозащитников, экспертов и журналистов. Одним из первых отреагировал политический обозреватель Газиз Абишев, заявив, что речь идёт не просто о фискальной мере, а о культурной и социальной попытке контролировать личную жизнь граждан.
Газиз Абишев считает, что инициатива Назарова — это отражение укоренившейся модели «принуждения к любви», которая проявляется в самых разных формах.
«Берется некое естественное положение вещей, обуславливаемое человеческими предпочтениями и природой социальных взаимоотношений. Вычленяется что-то вроде как тревожное, раздувается до вселенских масштабов, после чего предлагается простой способ — «заставить любить».
Это проявляется в похищении невест, в охоте на бывших жен, в языковом прессинге, в радикальной религиозной пропаганде, в перекосах ультралиберальной повестки. Везде от объектов воздействия ожидают любви, а если он сам не хочет любить — то к любви будут принуждать. Чтобы любовь была крепче. Ничего страшного, стерпится-слюбится. «Нравится — не нравится, терпи, моя красавица», — написал Абишев.
Прямая угроза правам?
Абишев подчёркивает, что развод — это право, а не преступление. Он ставит под сомнение саму логику фискального наказания за расторжение брака.
«Какое-то примитивное понимание человеческой природы. И тоталитарное понимание природы социальных отношений. Если люди не хотят жить вместе, они имеют на это право. Если два человека разошлись, каким образом они нарушают права других людей, других семей, государства в целом? Почему они должны платить больше? Это что, кодификация социальной стигматизации разведённых? Разведённые мужчины и женщины ничем не хуже неженатых, незамужних и состоящих в браке. Дополнительный налог — это ущемление их конституционных и общечеловеческих прав», — отмечает он.
Что дальше?
Эксперт также предупреждает, что подобная мера может иметь непредсказуемые последствия — как для института семьи, так и для личной свободы.
«Во-первых, допустим, в некоторых невероятных случаях угроза дополнительных налогов удержит людей в браке. Искусственно, под давлением. Это что, можно будет называть нормальной семьёй? Если один в браке токсичный, и другой хочет уйти — он должен платить повышенную сумму только потому, что не захотел терпеть рядом домашнего насильника/изменника/транжиру/бездельника?
Нет, я понимаю, что для радикальных ультраконсерваторов это нормальный порядок вещей — давить, принуждать, ломать, чтобы объект терпел. Обычный средневековый подход. Но в современном обществе это не должно восприниматься нормально», — рассказал он.
Кроме того, он считает, что эта идея может демотивировать молодёжь вступать в официальные браки.
«Во-вторых, если перспектива развода будет финансово-опасной, то снизится мотивация вступать в браки. Зачем жениться, если потом, в случае чего, придётся платить повышенные налоги? Молодёжь решит, что регистрация брака — неидеальный вариант. А вот это уже может нанести серьёзный удар по институту семьи. Депутат Назаров предлагает саботировать процесс образования семей в Казахстане через введение финансового наказания за их добровольный демонтаж», — заключает Абишев
