Финансовый аналитик Андрей Чеботарёв высказал свое мнение на YouTube-канале DOPE SOZ о том, насколько тенге является двойником российского рубля. Об этом сообщает Bizmedia.kz.
Эскперту задали вопрос: «Потерять финансовую независимость — а вместе с ней и монетарную — это серьёзный риск. У нас сразу возникает вопрос, который обсуждается очень широко. По сути, тенге сложно назвать полностью независимой валютой. Некоторые даже называют его «крипто-двойником рубля». Насколько тенге действительно свободна и не привязана к другой валюте?».
Чеботарёв ответил, что финансы — это кровь экономики. Все так говорят. Но важно понимать: финансы и экономика — это разные вещи.
«Я финансовый аналитик, а не экономист, как меня часто называют. Экономика — это экономика. Есть отдельное министерство экономики, есть министерство финансов. Это разные сферы.
Деньги — это кровеносная система финансов. Чем быстрее «бегают» деньги, тем быстрее может расти экономика.
Курс — это «кровь от крови» экономики. То, какая у нас экономика, определяет курс национальной валюты.
Конечно, мы связаны с рублём, но не так, как это представляют многие. Нет никакой «привязки» на уровне центробанков. Никаких телефонных звонков, утренних согласований курсов или тайных договорённостей.
Более того, скажу вещь, которая часто вызывает хайп: рубль в Казахстане — одна из самых свободных валют. Почему? У Нацбанка нет рублёвых счетов и резервов. И слава богу», — ответил аналитик.
По его словам, Нацбанк Казахстана при всём желании не может участвовать в торговле рублём. Если он может проводить интервенции на рынке доллар/тенге — скупать, продавать, корректировать курс — то с рублём он не может делать ничего. Всё определяют рыночные механизмы.
«Почему же тенге всё равно связан с рублём? Потому что связаны экономики.
Зайдите в супермаркет: более 50% товаров на полках — российские. Мы их покупаем. До войны 86% этих сделок были в рублях, потом торговые данные засекретили, но в какой-то момент бизнесмены стали больше торговать в тенге.
Пока экономика Казахстана так плотно связана с российской, влияние рубля на тенге будет сохраняться. Но это не политическая зависимость, а чисто экономическая.
Хотим снизить зависимость? Нужно больше производить самим, больше закупать у других партнёров», — добавил спикер.
Затем ему задали еще один частый вопрос: «Почему тогда мы не зависим от юаня?».
«Потому что с Китаем мы торгуем в долларах, а не в юанях. Доля сделок в юанях остаётся низкой. А раз основные торговые операции проходят в долларах и рублях, то именно они определяют нашу валютную политику», — ответил экспет.
