Сегодня в Алматы проходит 4-ый Международный ПЛАС-Форум «Digital Kazakhstan». На нем выступил руководитель по цифровой трансформации и советник председателя Национального банка Бинур Жаленов — он поделился важной информацией о финансовом рынке страны, передает Bizmedia.kz с мероприятия.
По его словам, финансовый рынок Казахстана является драйвером цифровизации в целом по стране, а также бенчмарком для человека.
Более 70% населения получает свои ежедневные финансовые услуги в режиме онлайн через мобильные банковские приложения. В экосистеме крупнейшего банка более 80% новых банковских счетов открываются в онлайн-режиме за менее чем 3 минуты. Это привело к тому, что активная пользовательская база потребителей цифровых финансовых инструментов за последние несколько лет выросла почти в 5 раз.
«Что стало основой для такого экономического роста? Прогресс, конечно, достигнут благодаря инициативам участников рынка. Все участники рынка, которых вы знаете, внесли свой вклад. Но для того чтобы рынок был эффективным, важна честная и открытая конкуренция. Регуляторы создают правила, стимулирующие конкуренцию, и развивают банковскую инфраструктуру.
Если угодно, весь финансовый рынок можно представить как айсберг. Верхняя часть — это клиентский сервис: карточки, мобильные приложения, онлайн-кредиты и т.д. Но под водой этого айсберга находится множество информационных систем. Каждый ваш платеж запускает работу более 100 информационных систем как минимум в трех разных организациях. Это сложная система, где центральный банк играет ключевую роль, в случае Казахстана это Национальный банк. Мы развиваем там национальную цифровую финансовую инфраструктуру.
Около 87% безналичного оборота в Казахстане обрабатывается системами Национального банка. Это включает в себя инфраструктуру валютного рынка, пенсии, пособия и все межбанковские платежи. Без межбанковской инфраструктуры платежи были бы дороже и менее эффективны. Все эти достижения показывают, что цифровизация не просто перевела услуги в онлайн, но и изменила их», — заявил Жаленов.
Спикер добавил, что банки — это не традиционные финансовые институты, а экосистемы, и границы между рынками размываются. В некоторых странах маркетплейсы приобретают банки, в других — наоборот. Видно, как индустрии пересекаются, и приход новых игроков создает новый рынок.
«Геополитические события также накладывают свой отпечаток. После событий 2022 года многие государства начали развивать свои национальные платежные системы. Как регуляторы, мы должны адаптироваться, сделать серьезный шаг в мышлении и переоценить всё. Мы изучали стратегии других центральных банков, и многие из них активно внедряют новые инициативы.
Например, национальные цифровые валюты. Более 90 центральных банков внедряют национальные платежные системы. Более чем в 70 странах работают локальные платежные системы, так называемые системы быстрых платежей. Активно используются искусственный интеллект, машинное обучение, внедряются технологии SAP. Финансовый надзор, конечно, уделяет большой фокус на киберустойчивость из-за мошенничества, ну и вкладываются большие инвестиции в компетенции.
Потому что, как правило, центральные банки — это не совсем про технологию, не про институты, а больше про экономику сейчас. Мы понимаем, что для того, чтобы выполнить свой мандат, регуляторно важно прокачать экспертизу, потому что без этого невозможно регулировать цифровой финансовый уровень. С учетом всего этого мы вырабатываем концепцию структурной национальной рамки, которая представляет собой цифровую экосистему финансовых регуляторов.
Это стратегия, которая будет развиваться в нескольких направлениях. Первое — это национальная цифровая финансовая конструктура, то есть инструменты для регуляции. Второе — это создание Datateam-регулятора внутри, то есть мы планируем активную мегатехнологию SupTech для того, чтобы отступать в процессе надзора за финансовыми институтами. Мы выделяем фабрику данных на сегодняшний день для того, чтобы использовать данные как активы.
К слову, Национальный банк собирает данные примерно от 1200 субъектов финансового рынка, колоссальный объем, с которым можно сделать много интересного, а в перспективе могут появиться ценности на какие-то инициативы.
На сегодня мы имеем порядка 80 информационных систем по всему Национальному банку. Это проекты, которые требуют серьезной модернизации и интеграции. Это большая работа сама по себе. Ну и последнее — это инвестиции в людей, в развитие внутренней экспертизы, переговор, проекты и т.д», — подчеркнул он.
Также он отметил, что в Нацбанке хотят, чтобы именно потребитель распоряжался своими финансовыми данными, и у него была рыночная власть.
«Мы хотим, чтобы переводы между своими счетами в разных банках и комиссии за них исчезли. Мы хотим, чтобы переводы между всеми банками были максимально удобными, чтобы все экосистемы и банки были максимально интегрированы. Мы хотим, чтобы инфраструктура Национального банка помогала решать государственные проблемы, в том числе в части прозрачности господдержки и так далее. На эту тему есть много отдельных презентаций онлайн, но в основном мы хотим построить модель человекоцентричной финансовой системы.
Внедрение SupTech. Это больше направление АРРФР, которое мы вместе строим. Но речь идет о том, что мы внедряем большой суперагент, в котором будут собраны разные цифровые инструменты для надзора, чтобы объединять традиционную отчетность и альтернативные источники данных, например, отзывы о деятельности банка в соцсетях, правильно анализировать, объединять профили, изучать и на ранней стадии выявлять риски, давать умные рекомендации. Чтобы этот SupTech работал, необходимо построить сложную современную инфраструктуру управления данными в Национальном банке. Это то, что мы называем фабрикой данных. Проект уже реализуется, и мы надеемся, что первые результаты будут к концу этого года.
По внутренним технологическим платформам у нас предстоит много работы. В частности, мы планируем серьезную модернизацию инфраструктурных центров по обработке данных Национального банка и в перспективе делиться этими ресурсами с участниками рынка, размещать их сервисы», — заключил он.
