Сегодня на KASE Talks была глава Отбасы банка Ляззат Ибрагимова. Она рассказала, почему программы «Наурыз» и «Отау» не повлияли на ценообразование жилья в Казахстане, какие есть нюансы выдачи жилья очередникам и какие принципы чтит банк, передает Bizmedia.kz.
Опять возвращаемся к дизайну программы. То есть нужно смотреть и пересматривать. Все писали. Вот Отау и Наурыз увеличат стоимость жилья. Во-первых, статистика показывает, что в год строится от 130 до 140 тысяч. По Отау и Наурыз в этом году общая потребность в районе 20 тысяч. То есть на самом деле это примерно 15-18% рынка всего построенного жилья. Тогда что нужно сделать? Нужно продумать правильный дизайн. Мы очень много над этим работали. Мы собирали экспертов, разговаривали с ассоциацией застройщиков, строителей, с Национальным банком. И говорили, да, цель недопустима, — отметила Ибрагимова.
Она объяснила, как удалось удержать цены. По ее словам, на портале Баспана Маркет были созданы личные кабинеты для застройщиков. Застройщик подписывает публичное соглашение, размещая квартиры и беря на себя обязательства в рамках программы не повышать цену за квадратный метр, зафиксированную на текущий год и предложенную вкладчику.
Уже есть несколько историй. Мы говорили о 152 займах на вчерашнем вечере. Мы не будем называть, но одна компания достаточно крупная. Покупатель забронировал квартиру, стоимостью 458 тенге. Пришел в офис продаж, ему говорят 470. Он: «Как, там же на портале другая цена?» «Мы не знаем, это Отбасы что-то там придумал, а у нас 470, разницу наличкой будете». И он позвонил в кол-центр, я сказала, пусть опишет официально жалобу на мое имя, мы начали разбираться, а что за застройщик так говорит. «А что, вы еще цены будете регулировать? — говорят они мне. — Мы каждый месяц поднимали цены в зависимости от спроса». Ну, опять, все зависит от дизайна программы. То есть мы с застройщиком ведем диалог и говорим, коллеги, если вы хотите, чтобы программа работала на 8-летней основе, и она реально не повлияла на интеграцию, но при этом ваши квартиры до конца года заселились, люди начали там жить, и мы создали спрос на следующий год, через год, через два, то давайте играйте честно.
После она затронула тему ESG.
На самом деле, что касается принципов ESG, изначально у нас было очень много программ. Например, у нас есть программа, в которой мы целенаправленно поддерживаем четыре категории: многодетные семьи, семьи, воспитывающие детей с ограниченными возможностями, как я сказал, дети-сироты и взрослые люди с ограниченными возможностями. И постоянно также находимся в диалоге с ними, есть ассоциация детей-сирот, есть ассоциация семей, воспитывающих детей с инвалидностью, — отметила она.
Она привела в пример ситуацию с прошлогодней крупной встречей: «Я просила их подавать заявки, и они их подавали, а затем все равно приходили».
Я вижу, что у них есть критические моменты, я их послушала и говорю, почему вы не верите? Оказалась очень простая причина. На каждую квартиру, когда подаешь заявку, мы там, скрывая персональные данные, банковская тайна, шифруем этих людей. Заявки мы называем 01, 02, 03. А люди говорят, я хочу видеть конкретные имена. Мы все в этом городе знаем друг друга, кто в каком году встал на очередь. И мы хотим видеть, что да, получает тот, кто встал раньше меня, но я хочу его видеть персонально.
После этого разговора, в конце декабря, она вернулась в банк и пригласила юристов. Первоначальный ответ был отрицательным: «Нет, это невозможно. Комплаенс не позволит. Это раскрытие персональных данных.»
Я говорю, а если мы во время подачи заявки будем брать согласие? Что я, Екатерина Владимировна, даю согласие раскрыть моё фамильное имя, год постановки в очередь и категорию, по которой я стою в очереди. Но при этом я получаю на каждую квартиру открытую таблицу. И вижу, что впереди меня стоит условная Гавриленко Нина Ивановна. Но я встала в очередь в 2019, а она встала в 2017. И она точно получит эту квартиру. И может быть, ко мне через полмесяца позвонят и предложат, потому что я на втором месте, если госпожа Гавриленко не пройдет рациональную способность. Люди хотят абсолютной прозрачности. Они хотят видеть поименно, пофамильно, — отметила Ибрагимова.
По ее словам, именно поэтому прозрачность приходит с социализмом. На их сайте банка они публикуют таблицу по «Наурызу» и «Отау», где любой может найти все фамилии, имена и соответствующие баллы.
Я думаю, что вот это самое главное с точки зрения социальности. Наша задача — социальную справедливость делать через эту прозрачность.
Далее она затронула тему экологии.
Что касается вопросов экологии, то да, мы внутри банка проводим большую работу. В прошлом году у нас весь год был посвящён сбережению электроэнергии. Кстати, если у нас целенаправленно фокусировать усилия в одну точку, можно много достичь. На 23% в центральном фонде банка мы смогли сэкономить количество электроэнергии. Сейчас ставим такие прям KPI, делаем раздельные мусорные баки и так далее, — отмечает она.
По ее словам, они первые в Казахстане, кто разработал продукт, который называется «зелёная ипотека».
Интересно, да, у нас сейчас проблема обеспеченности жильем стоит настолько остро, что проблема энергоэффективности жилья уже на втором месте. Про неё никто не думает. Плюс ко всему, тарифы на электроэнергию в жилом секторе субсидируются государством. В Германии и Франции, когда рассказывают истории, что вся семья сначала в гостиной кушает, разговаривает, потом одевается и заходит в холодную спальню, нам кажется это художественным вымыслом. На самом деле, это абсолютная правда. Во всех странах мира, где тарифы государством не поддерживаются, очень высокая стоимость за свет, воду и все коммунальные расходы. Мы думаем, что постепенно в Казахстане должен быть переход на более рыночные механизмы ценообразования и призываем застройщиков обращать внимание на энергоэффективность и готовность, — отметила она.
Она отметила, что они провели множество встреч с международными экспертами. Существуют международные стандарты энергоэффективности, однако их внедрение весьма дорогостоящее. Если обязать отечественных застройщиков применять эти стандарты, стоимость квадратного метра возрастет на несколько десятков тысяч тенге.
Поэтому мы узнали, что в Казахстане существует национальная ассоциация, она так и называется — Ассоциация жилищного строительства. У неё есть национальный стандарт энергоэффективности. В зависимости от материала, в зависимости от технологии. Преимущество, кстати, в этом стандарте в том, что ассоциация может оценить даже глинобитные дома. Они дают статусы. Вчера, когда мы обсуждали с Азиатским фондом развитие наших будущих проектов, я сама удивилась — 26 застройщиков уже получили стандарты. Получили сертификаты. Пять или шесть компаний получили золото. Остальные пока сидят в фонде. Но мы создаем повестку. Мы говорим о том, что это нужно, — отметила Ибрагимова.
В прошлом году на «зелёную ипотеку» они выделили более 10 млрд тенге.
Очень много международных организаций, как только увидели эту информацию в СМИ, обратились к нам и предложили сотрудничество, предложили ресурсы, потому что это сейчас актуально во всех странах. Я думаю, нужно улавливать эти тренды. Очень интересный проект мы сейчас прорабатываем с Азиатским банком, — подытожила она.
