Из-за затопления во время весеннего паводка и прорывов дамбы в Оренбургской области пострадали десятки тысяч домов, многие полностью ушли под воду. Собственники жилья, пострадавшего от затопления, имеют право на компенсации, но получить эти деньги оказалось непросто, сообщает BBC.
Спустя почти два месяца после затопления многие все еще не могут получить выплаты: по последним данным властей региона, отказы вынесли по более 187 тысячам заявок на компенсации. Но даже при получении всех выплат собственники несут материальные потери, потому что часто компенсации не покрывают полностью стоимость дома или ремонта. Русская служба Би-би-си рассказывает, с какими проблемами сталкиваются жители Оренбургской области при попытке получить выплаты.
«Мы хотим, чтобы нас услышала и областная администрация, и правительство. Потому что людей нельзя оставлять в беде настолько. Мы же на все имущество, которое теперь затоплено, самостоятельно зарабатывали, брали кредиты», — говорит Андрей, житель Орска, наиболее пострадавшего города в Оренбургской области.
Почти десять лет назад Андрей вместе с семьей купил большой земельный участок в Орске и начал строить дом. «Хотели построить именно новый дом, чтобы было все, как нам хочется и как нам нравится, — рассказывает Андрей. — Мы решили сделать очень хороший дорогой ремонт, чтобы лет пятнадцать к этому вопросу не возвращаться. Всю мебель делали на заказ, последнюю — в детскую комнату — поставили только в марте этого года».
В конце 2023 года дом был почти полностью готов, и семья смогла заехать туда. Но уже через несколько месяцев новое жилье пришлось покинуть — вечером 5 апреля в Орске прорвало дамбу, и город начало затапливать.
Андрей сразу отвез семью в Оренбург к родственникам. На следующий день, 6 апреля, дамбу прорвало уже рядом с его домом. Но Андрей все равно вернулся в Орск, чтобы следить за состоянием своего жилья. К самому дому ему пришлось добираться на лодке.
Вода в доме поднялась выше полутора метров. «Все новые двери, вся дорогая мебель пошли на свалку, — описывает Андрей состояние дома. — Сама конструкция дома сильно не пострадала — с фундаментом, к счастью, все хорошо. Но ремонту — все, а мы только во внутреннюю отделку вложили больше пяти миллионов рублей. Окна выбило, и все, что было в доме, просто плавало».
Андрей поселился на чердаке дома, куда не поднялась вода. Когда через несколько недель вода начала сходить, он сразу же принялся делать все, что возможно, чтобы восстановить дом — сушить, выносить мусор, укреплять конструкции.
6 апреля губернатор Оренбургской области Денис Паслер заявил, что жители региона, в дома которых зашла вода, могут получить единовременную материальную помощь в 20 тысяч рублей на человека, а люди, условия жизни которых были нарушены в течение более суток (отключено водоснабжение и электричество) — 10 тысяч рублей. На сумму единовременной компенсации власти предлагали купить предметы гигиены и минимальный набор самых необходимых вещей.
Тогда же власти Оренбургской области открыли прием заявок на финансовую помощь в связи с утратой имущества первой необходимости: по 50 тысяч рублей на человека — при частичной утрате имущества, 100 тысяч рублей — при его полной потере. Список имущества первой необходимости зафиксирован правительственным постановлением: в него входит не более десяти предметов — например, кровать или диван, стол, холодильник, газовая плита, водонагреватель, отопительный котел.
Заявления на получения выплат можно подать через «Госуслуги» или обратившись в многофункциональный центр.
Андрей подал заявления на выплату компенсаций для себя и членов своей семьи почти сразу после появления такой возможности. Через две недели его жена и двое детей получили по 20 тысяч рублей на человека в качестве единовременной выплаты, затем — по 100 тысяч рублей на человека как финансовую помощь за потерю имущества.
Андрей говорит, что ему звонили из администрации города, он обсуждал вопрос выплат по телефону горячей линии для пострадавших от паводка. «Но у меня прописка в Оренбурге и есть доля в этой квартире. Подтвердить факт проживания в Орске — вот в чем сложность», — рассказывает он.
На информационном сайте для пострадавших от паводка, созданном властями Оренбургской области, говорится, что для получения выплат важно фактическое проживание в зоне ЧС, а не право собственности или адрес регистрации — это просят подтвердить дополнительными документами.
Андрей смог доказать факт проживания, предоставив справку с работы: 27 мая ему пришла первая выплата в 100 тысяч рублей, заявку на единовременную компенсацию одобрили — в ближайшее время он должен получить 20 тысяч рублей. «Пока не предоставил справку с работы, где было подтверждение, что я действительно здесь проживаю, не мог получить выплату, — говорит Андрей. — А многие люди даже не могут получить такие справки, и им остается только через суд подтверждать факт проживания»
Ситуация Андрея подпадает и под другое ограничение: людям, у которых в собственности есть второе жилье или доля в общей собственности, выплата за потерю имущества не положена.
В квартире в Оренбурге, где прописан Андрей, сейчас живет его мать, ему принадлежит треть от доли этого жилья. Кроме того, в его собственности есть квартира в Орске — ее покупали за счет материнского капитала и накоплений как будущее жилье для детей. Основное же жилье семьи — затопленный дом в Орске — признано подлежащим капитальному ремонту.
Выплату на капитальный ремонт назначают после осмотра жилья специальной муниципальной комиссией, эксперты которой определяют, подлежит ли дом восстановлению или же должен быть снесен.
Сумму выплаты на капитальный ремонт рассчитывают, умножая на 7000 общую площадь поврежденного дома. Исходя из этого, рассчитываются трансферты из федерального бюджета, направляемые региональным бюджетам на выплату компенсации, объясняет руководитель группы «Юридическая помощь онлайн» Александр Бударагин.
Но как собственнику второго жилья Андрею выплаты на капитальный ремонт также не положены — как и его семье.
«Люди возмущены из-за этих правил, — говорит Андрей. — Почему я должен страдать из-за того, что у меня есть второе, третье жилье? Я же с этого жилья плачу налоги. И таких семей, как наша, очень много — у нас в Орске такая ситуация почти через каждый дом. Люди приобретали квартиры для детей, и теперь им не хотят выплачивать компенсации. Мы строили, старались для своих детей, платили налоги, а теперь остаемся в стороне ни с чем. Это же труд нашей жизни».
Чтобы привлечь внимание к проблеме невыплат собственникам второго жилья, Андрей с самого начала затопления участвует во встречах жителей пострадавших территорий с властями Оренбургской области. По итогам первых встреч у него сложилось впечатление, что власти не до конца понимают нюансы различных ситуаций, и для решения проблем им нужно больше информации узнавать из первых уст, от самих пострадавших жителей.
«Во время разговора с мэром я предложил встретиться не на улице, чтобы не общаться как на базаре, а собраться инициативной группой в его кабинете, — рассказывает Андрей. — Без камер. Мы все расскажем, подскажем, как правильно сделать, поможем. Чтобы только не оставлять людей в беде».
Андрея действительно пригласили в инициативную группу, участники которой могут обсудить проблемы затопления с оренбургскими властями. У него даже была личная встреча с мэром Орска Василием Козупицей — Андрей активно выступал на одной из уличных встреч главы города с жителями и представители администрации записали его контакты, а после пригласили поговорить с мэром лично в его кабинете.
Андрей много лет работает в сфере недвижимости, поэтому смог предоставить мэру экспертную информацию о проблемах людей с жильем и состоянии рынка. Например, он обратил внимание мэра на проблемы, связанные с использованием сертификатов на покупку нового жилья, которые обещают начать выдавать пострадавшим от затопления жителям Орска уже в июне. Предполагается, что сертификаты можно будет использовать на покупку нового участка и строительство на нем нового дома или на покупку уже готового дома или квартиры, которые власти только обещают построить в ближайшие годы (в любом из этих случаев затопленный участок заберет государство).
«В Орске сейчас нет новостроек, — рассказывает Андрей. — То есть даже если часть людей согласятся получить сертификаты, они сейчас просто не смогут купить себе жилье, а где им жить, пока построят новое? В пункте временного размещения? В арендованной квартире, где покрывается только три месяца жизни?»
По словам Андрея, мэр Орска записал себе многое из его комментариев. Андрей надеется, что власти, помимо прочего, смогут найти решение проблемы невыплат собственникам второго жилья.
В конце апреля Василий Козупица на встрече с Владимиром Путиным представил предложения, о которых говорила инициативная группа, а именно: предоставить выплаты собственникам второго жилья, которое находится в ипотеке или было приобретено на материнский капитал, а также когда доли в другом жилье не превышают 18 кв. м — социальную норму для каждого члена семьи из трех и более человек.
Владимир Путин 21 мая дал поручения по вопросам ликвидации паводков в отдельных регионах, перечень из 13 пунктов опубликован на официальном сайте президента. Некоторые предложения власти действительно услышали: так, Путин поручил повысить сумму выплат, в том числе норматив за капитальный ремонт одного метра, и далее индексировать эту сумму. Собственникам второго жилья или владельцам долей Путин поручил выплачивать компенсации, если площадь второго жилья не превышает 18 кв. м. При этом исполнить большинство поручений Путин потребовал уже к 1 июня — то есть на исполнение приказа властям дали около 10 дней.
Капитальный ремонт или снос. Как назначают выплаты по нормативам вместо фактической площади дома
Вода стала затапливать Оренбург и Оренбургский район (ближайшие к городу населенные пункты) в начале апреля. Коттеджные поселки и села очень быстро оказались в критическом положении, некоторые — как Дубовый плес — полностью ушли под воду.
«Мы сражались напрямую со стихией». Как жители Оренбургской области спасали себя во время крупнейшего затопления
Первый этаж двухэтажного дома Арины (имя изменено) в поселке Весенний, расположенном примерно в 10 км от Оренбурга, затопило 6 апреля. В тот же день вместе с мужем и ребенком Арина покинула дом, взяв с собой только самое необходимое.
Поселок был затоплен в течение нескольких недель, и впервые приехать к дому муж Арины смог только 28 апреля — к этому моменту вода поднялась на второй этаж. «Телевизор еще висел на стене, — рассказывает Арина. — Муж вернулся домой через два дня, чтобы забрать некоторые вещи — телевизор уже упал, а перегородки начали сыпаться».
Дом был затоплен около трех недель, вода поднималась до самой крыши. За это время он пострадал настолько сильно, что семья считает его уже не подлежащим ремонту и думает, что его можно только снести.
«По нашим представлениям, что-то восстанавливать бессмысленно, — говорит Арина. — Конструкция дома полностью нарушена: дом начинает сохнуть, и все перегородки просто разрушаются. Отмостка [бетонное или асфальтовое покрытие вокруг здания, защищающее фундамент от воды] по периметру полностью в трещинах, что с фундаментом — неизвестно. Стены снаружи тоже в трещинах — непонятно, насколько они глубокие. В дом невозможно войти: ощущение, что потолки упадут, паркет сдулся, идешь по полу, и он проваливается».
Арина подала заявления на получение единовременных компенсаций для всех трех членов семьи — по 20 тысяч рублей — в первый день начала приема, 6 апреля. Через примерно 10 дней она получила уведомление о продлении срока рассмотрения ее заявления на 30 дней — в комментарии, скриншотом которого Арина поделилась с Би-би-си, говорится, что продление связано с невозможностью обследовать жилье в зоне ЧС из-за «сохранения обстоятельств чрезвычайной ситуации». По словам Арины, 7 мая заявления одобрили и обещали выплатить деньги в течение 15 дней. Но этот срок уже истек, а деньги пока так и не выплатили.
Арина пыталась выяснить, почему не приходят эти деньги, и обращалась с этим вопросом по телефону горячей линии министерства труда и занятости Оренбургской области (ведомство проводит консультации по вопросам компенсаций). По ее словам, ее перенаправили в администрацию поселка — там должны подтвердить, что дом действительно находится в зоне затопления. «Я звонила в администрацию, но там только сказали, что у них очень много работы, и они ежедневно подают документы на выплаты», — рассказывает Арина.
Позже, по словам Арины, ей перезвонила представительница администрации поселка и уточнила, действительно ли она подавала все документы для получения выплат и в каком именно кабинете у нее приняли эти бумаги. Больше контактов с представителями власти по вопросу выплат у семьи не было.
Выплату по потере имущества первой необходимости — по 50 или 100 тысяч рублей — переводят после осмотра дома специальной комиссией. Состояние имущества в доме Арины комиссия оценила 3 мая, по итогу всем членам семьи выплатили по 100 тысяч рублей.
Другая комиссия осматривала дом Арины 17 мая и признала его подлежащим сносу. Теперь дом должны осмотреть другие эксперты — по словам Арины, этим займется строительная комиссия, других подробностей она не знает.
Размер выплаты по утрате жилья рассчитывают, исходя из нормативов: в 33 кв. м, если человек проживает в доме один, 42 кв. м — на семью из двух человек и по 18 кв. м на каждого члена семьи из трех и более человек (но при этом полученная цифра не должна превышать площадь их жилья). Норму площади умножают на 68 712 рублей.
Сейчас Арина вместе с семьей живет у родственников в Оренбурге. Что делать дальше, они пока не понимают. «Мы просто в недоумении, — говорит Арина. — Государство признает наш дом непригодным для жилья, но почему возмещение будут выплачивать по нормам, а не по фактической площади?»
Площадь дома Арины равна 83 кв. м. Для дома, подлежащего сносу, семье должны выплатить исходя из площади 54 кв. м (по 18 кв. м для каждого из трех человек). «Из этих расчетов выпадают почти 30 квадратных метров площади нашего дома — в деньгах это приличная разница, — говорит Арина. — На эту выплату, если мы ее получим, невозможно будет ничего сделать».
«Каждая деталь в доме была выстрадана мной». Какие потери несут собственники из-за несоответствия выплат своим затратам
Но даже при получении всех выплат — единовременной компенсации, финансовой помощи за утрату имущества первой необходимости, выплату на капитальный ремонт или по утрате жилья — для многих собственников эти деньги не способны покрыть их вложения.
Так, затопление нанесло серьезный ущерб населенным пунктам в Оренбургском районе: многие люди покупали там участки, чтобы построить для своих семей большие комфортные дома вблизи города. Общие вложения в такие объекты гораздо выше, чем в средние квартиры в городе, и могли составлять десятки миллионов рублей — компенсации в таком случае покрывают лишь часть расходов, и собственники все равно теряют деньги.
Елена называет «домом мечты» свое жилье, расположенное в садовом некоммерческом товариществе (СНТ) «Русь» в Дубках рядом с центром Оренбурга. Все, что с ним связано — с момента выбора участка для строительства и разработки проекта до впечатлений от первых месяцев жизни — она детально описывает в своем блоге в инстаграме. Последний раздел истории «дома мечты» посвящен его затоплению — в нем Елена так же откровенно делится кадрами ущерба и своими эмоциями, как делала это еще недавно, публикуя фотографии ремонта.
«Я всегда мечтала о своем доме, — рассказывает Елена. — Но когда мы начали делать ремонт, это оказалось так эмоционально тяжело. Столько времени — со строителями, ремонтниками, мебельщиками. Столько нервов — мы только лестницу переделывали раз двадцать».
Строительство дома и ремонт заняли три года. «Вложения были капитальные, — рассказывает Елена. — Я не назову всю сумму, но потратили больше 30 миллионов рублей. Мы перестали считать, когда расходы превысили эту отметку».
В январе семья переехала в новое место — в новогоднее утро Елена записывала сторис о счастье наконец проснуться в готовом доме мечты.
«Основная часть работ по дому была закрыта, — рассказывает Елена. — Оставалось сделать кое-что во дворе, но этим мы решили заниматься постепенно. 2023 год был для нас очень утомительным, и в этом году мы с мужем хотели выдохнуть, немного расслабиться».
В середине весны семья с тремя детьми уехала в отпуск. К моменту их возвращения отдельные районы Оренбургской области начало затапливать, поэтому сразу после приезда домой они начали готовиться к приходу воды. Некоторые вещи с первого этажа подняли на второй, мебель и технику, которые невозможно было перенести из-за тяжести и габаритов, поставили на кирпичи, частично демонтировали кухню. На подготовку у них оказалось три дня: 8 апреля вода зашла в дом, и с каждым днем ее уровень только рос.
«Когда вода зашла в дом, стало очень больно, — рассказывает Елена. — Когда начали биться стекла, когда уже первая входная дверь закрылась до потолка, я начала считать ущерб и просто не могла прийти в себя».
Вода держалась в доме в течение недели, поднявшись за это время на 2,5 м и затопив первый этаж. Обе гардеробные комнаты, как и два санузла в спальне и гостевой комнате, теперь полностью непригодны для использования. Затонувшая дорогая мебель покрылась плесенью и не подлежала восстановлению, ее пришлось выбросить. Потери на кухне, по оценкам Елены, превышают 500 тыс. рублей.
Общий ущерб от затопления дома Елена оценивает в более чем 5 млн рублей. «Я досконально знаю стоимость каждой детали в моем доме, потому что сама занималась ремонтом, у меня есть все договора, все счета», — говорит она.
Когда Елена подсчитала сумму потерь, она проплакала весь день, думая о том, что на восстановление снова нужно много времени и средств. «Но сильнее всего накрыло, когда зашла в дом, где было по пояс воды, — рассказывает она. — Я это увидела, и мне стало совсем плохо, я дня четыре потом страдала. Было морально тяжело, потому что каждая деталь в нашем доме была выстрадана мной. Все было проработано так тщательно, я так щепетильно подходила к ремонту».
В новом доме никто из членов семьи не успел зарегистрироваться — на момент затопления эти документы только оформляли, — поэтому они сомневались в возможности получить компенсации. К тому же у семьи есть второе жилье в Оренбурге. Но Елена все равно подала заявление на выплату, предоставив документы, подтверждающие факт проживания — справку от председателя СНТ, справки об обучении в школе детей.
Вскоре деньги перечислили — на Елену и троих детей по 100 тысяч рублей в качестве компенсации за потерю имущества первой необходимости, заявление мужа при этом еще рассматривают. Сотрудники соцзащиты также обещали, что всем членам семьи позже выплатят по 20 тысяч рублей как единовременную компенсацию.
Елена не исключает, что сможет получить и выплаты на капитальный ремонт — по 7 тысяч рублей за квадратный метр. Документы, подтверждающие регистрацию членов семьи и право собственности, должны быть готовы уже в ближайшие дни.
Но вне зависимости от того, выплатят ли семье компенсацию на ремонт или нет, основную часть восстановления им придется делать за свой счет — они хотят вернуть дому прежний вид, поэтому расходы снова окажутся высокими. Семья уже начала приводить дом в порядок, и в августе, когда все должно тщательно высохнуть, планирует снова начать ремонт.
«Последние две недели были как каторга, — рассказывает Елена. — Ты приходишь в свой большой красивый дом и понимаешь, что в нем не то что нельзя жить — не понимаешь, с чего начать его восстанавливать, за что хвататься. Но по мере разгребания становилось лучше, сейчас нужно только тщательно сушить стены, полы перед ремонтом».
Детали нового ремонта Елена продумывает с учетом возможных затоплений в будущем: чтобы перед очередным паводком можно было демонтировать мебель, не волноваться о повреждении стен и после ухода воды быстро восстановить прежний вид дома.
«Сейчас мы надеемся, что все самое страшное позади, но говорят, что последствия после затопления можно ожидать еще в течение года, — говорит Елена. — Неизвестно, где могут появиться новые трещины».
Отказы в выплатах
В последние дни жители Оренбургской области стали массово сообщать о получении на «Госуслугах» отказов на свои заявления на выплаты. По данным правительства региона на 27 мая, решения об отказе были приняты по более 187 тыс. заявлений — из всего более чем 574 тыс. полученных обработали 87% и одобрили выплаты по более чем 316 тыс. заявлений. Решения об отказе власти объяснили тем, что люди подавали заявления повторно или же у них нет права на выплаты.
В дом Олеси (имя изменено) в Орске не дошла вода, но сразу после начала затопления другой части города водоснабжение на ее улице отключили. По ее словам, водоснабжение было недоступно в течение недели, а после подачи воды ее еще несколько недель нельзя было использовать — жителям запретили это делать в целях безопасности.
Люди, чьи условия жизни из-за затопления были нарушены дольше суток (отключены коммунальные услуги), имеют право на компенсацию в 10 тыс. рублей. Олеся подала заявку на получение этой выплаты 9 апреля — ее обещали рассмотреть в течение двух недель, но затем срок продлили до месяца. В итоге рассмотрение заявки заняло 39 дней — и завершилось отказом в выплате.
Олесю попросили подтвердить факт проживания в зоне чрезвычайной ситуации. Она предоставила пакет документов: о том, что она и ее двое детей прописаны в квартире, школьную справку ребенка с местом его регистрации, квитанции об оплате коммунальных услуг с адресом.
«В итоге мне снова пришел отказ, якобы не удалось подтвердить проживание в зоне ЧС, — рассказывает Олеся. — Нашу улицу не включили в список тех, жители которых могут получить компенсацию из-за нарушений условий проживания. Но у нас семь дней не было воды, мы ездили на родник, покупали воду».
Олеся ездила в центр социального обслуживания на улице Чернышева, где принимают граждан по вопросам компенсаций. «Но там было очень много людей, — рассказывает она. — Я специально выбрала свободное время, чтобы туда попасть, и мне это не удалось. А в другое время я работаю, у меня нет возможности весь день провести в очереди».
При отказе в выплатах министерство социального развития региона рекомендует сообщить о проблеме через интернет-приемную или соцсети ведомства, а также платформу обратной связи «Госуслуги Решаем вместе». В обращении просят подробно описать ситуацию и приложить сканы документов.
После первого отказа Олеся еще трижды подавала заявления на выплату на «Госуслугах», но каждый раз получала отрицательные решения.
«Я потратила немало денег в течение этого месяца, пока не было воды или ее было запрещено использовать, — говорит Олеся. — Тратила деньги на покупку воды, чтобы элементарно приготовить еду и искупаться. И я надеялась на эту выплату».
