В столице Казахстана проходит слушание дела экс-министра национальной экономики Куандыка Бишимбаева, которого обвиняют в преступлении против его супруги, Салтанат Нукеновой.
Данное судебное разбирательство можно наблюдать онлайн через YouTube, вещание также доступно на сайте Bizmedia.kz. Очередное заседание суда запланировано на 11 апреля, начало в 9:30 по времени Астаны.
Приговор Бишимбаеву: присяжные и судья дали 24 года, Байжанову — 4 года
Видеотрансляция
Вторая часть
Первая часть
Письменная трансляция
Судебное заседание началось с продолжения исследования материалов дела. Кстати, представителей СМИ снова не впустили в зал. Они работают в том же здании, но в пресс-центре.
Адвокаты Назкен Кусаинова и Лейла Рамазанова не были допущены в зал суда на заседание по делу Бишимбаева. Этот запрос был озвучен Ерланом Газымжановым, коллегой по защите, который обратился с этой просьбой к судье Айжан Кульбаевой.
Следует отметить, что по неустановленным причинам Кусаинова и Рамазанова не смогли попасть на заседание в назначенное время. В преддверии перерыва вчерашнего заседания Кусаинова пыталась убедить судью перенести рассмотрение дела на утро следующего дня в 10.00, мотивируя это своим участием в другом судебном процессе, однако получила отказ.
Судья Кульбаева уточнила, что адвокаты смогут присоединиться к заседанию только после объявления перерыва, так как в данный момент ведется прямая трансляция процесса.
Продолжение исследования материалов дела
Бишимбаев объяснил, почему отказался от следственных действий. Прокурор Айжан Аймаганова продолжает делиться подробностями из уголовного дела, где говорится о том, как Бишимбаев затягивал предварительное расследование.
Он упомянул, что хотел рассказать все на месте происшествия во время допроса 15 декабря, и было даже запланировано отправиться туда. Однако, после разговора с адвокатом, стало ясно, что Бишимбаев отказался из-за своего здоровья и неподготовленности. Ситуация повторилась 22 декабря и в январе, когда он снова заявил, что не чувствует себя готовым участвовать в проверке показаний.
«При допросе 15 декабря пояснил, что намерен дать показания на месте происшествия. Было запланировано следственное действие с выездом. Однако, созвонившись с адвокатом, последние пояснили, что Бишимбаев отказывается поехать из-за неготовности и плохого самочувствия. 22 декабря в СИЗО также была запланирована проверка показаний подозреваемого, однако Бишимбаев пояснил, что не готов выезжать», — говорится в документах.
Бишимбаев также отметил, что ему казалось, будто его адвокаты не способны ему помочь, пока один из них, Назкен Кусаинова, не уехала в Алматы, и тогда он снова почувствовал дискомфорт.
Несмотря на его жалобы на самочувствие, врач осмотрел Бишимбаева и подтвердил, что с ним все в порядке, состояние удовлетворительное, все показатели в норме, как рассказала прокурор.
«Бишимбаев был осмотрен врачом, который выдал справку, что состояние удовлетворительное, все данные в норме», — зачитала прокурор.
Адвокат Бишимбаева подал заявление на отвод судьи после ее критики в его адрес о том, что он вводит в заблуждение участников судебного процесса. Судья Кульбаева обратилась к адвокату Бишимбаева с предупреждением и потребовала, чтобы присяжные покинули зал. Также приостановили трансляцию.
Всех, кто участвует в процессе по делу Бишимбаева, вновь позвали обратно в зал суда несколько минут назад. При этом прямой эфир в интернете все еще не работает, и новых сообщений пока что не появилось.
В здании суда происходит интересный момент: другой судья присутствует в зале и сейчас решает вопрос, поднятый защитой Бишимбаева. Закон дает возможность оставить на должности главного судью прежнего председателя, если не найдут убедительных доводов для его отвода, сообщает ТГ-канал Satzhangram. Позже появилась информация, что адвокатам Бишимбаева отказали в отводе судьи.
В 11:55 трансляция из зала суда возобновилась. Судья Айжан Кульбаева продолжает управлять судебным процессом.
Адвокаты Байжанова настаивают на проведении допроса их подзащитного Байжанова вне установленного порядка. Суд удовлетворил ходатайство адвокатов Байжанова, и в ближайшее время начнется его допрос.
Во время сегодняшнего судебного заседания по делу К.Бишимбаева, защита запросила отвод председательствующего судьи Айжан Кульбаевой. Согласно процедурным нормам УПК, запрос на отвод был рассмотрен судьей С.Тасымбетовым из того же суда, без участия присяжных и самой судьи Кульбаевой. После изучения материалов запроса, суд принял решение отклонить отвод, заявленный защитой. Таким образом, судебное разбирательство было продолжено. Вынесенное решение оставлено без возможности обжалования и опротестования.
Допрос Бахытжана Байжанова
Байжанов выразил соболезнования семье Салтанат Нукеновой. Он попросил прощение у родных и близких, у своей семьи. Ему жаль, что он не смог оценить всю ситуацию в тот день.
Байжанов читает с бумаги: Искренне сочувствую каждому, кого коснулась трагедия, выражаю соболезнования родным Салтанат. Мои слова могут показаться неуместными, но искренне переживаю боль и скорбь, потому что знал ее, знал с очень хорошей стороны.
Прошу прощения у всех родных и ее друзей, у моих родителей, супруги и детей. Полностью осознаю ответственность, мне очень жаль, что не смог понять и оценить ситуацию в тот роковой день. В тот день я видел Салтанат несколько раз, утром видел краем глаза.
Да, я видел, что левый глаз был опухшим. В кабинке беспорядок, повреждена дверь туалета. Утром, придя в гастроцентр, я знал, что Куандык буянил, скандалил и в очередной раз избил Салтанат.
Об этом мне рассказали до приезда, но я не понял, насколько все серьезно и критично. Не мог представить, что она в такой опасности и речь идет о жизни и смерти. Это не оправдание, но я на самом деле не мог понять, что происходит.
Это моя вина, и сейчас об этом сильно жалею. Думаю, что мог бы сделать иначе, мог помочь, если бы был внимательнее. Что теперь сказать? Теперь мне остается жить с чувством вины, думая о том, что могло быть иначе.
Утром, когда я пришел в Гастроцентр, я уже знал, что Бишимбаев всю ночь буянил, все разбил и снова избил Салтанат. Я не мог понять, какая ей опасность угрожает. Из-за этого я виноват перед родными Салтанат. Мне очень жаль, хочется верить, что родные Салтанат найдут в себе силы простить меня.
Салтанат я не раз видел с синяками, и не раз отправлял к ним ремонтников для ремонта мебели. У меня сохранились фотки сломанной мебели. Я вообразить не мог, что Салтанат умрет.
Мое рабочее место находится на третьем этаже. Я приехал на работу около 10:00. Когда поднялся, увидел свет в кабинете. Постучал, открыл Бишимбаев. Я хотел войти, но он меня не пустил. Я заметил Салтанат, сидящую на диване; она была в полуоткрытом плаще, без одежды. Разумеется, отвел взгляд. Голова Салтанат была опущена вниз, лицо ее было скрыто.
Бишимбаев попросил принести одеяло. Согласно протоколу, получается, будто я зашел в кабинку с одеялом и был там 4 минуты. Я только передал одеяло и остался возле кабинки. Камера не захватила тот момент, когда я выходил. Вы все видели видео — где я направлялся в кабинку, но на нем не видно, что я вышел и оставался снаружи. Через 2 минуты Бишимбаев позвал меня и сказал: «Помоги нам уехать». В тот момент дыхание Салтанат было более частым, я ошибочно думал, что Салтанат крепко спит. Моя легкомысленность не позволила оценить ситуацию и критическое состояние Салтанат. Еще тогда я должен был поднять тревогу и вызвать скорую.
Очень жалею, что в тот момент, в тот день не мог понять состояние Салтанат. Она крепко сжала мою руку, возможно, просила о помощи. Я заметил, что левый глаз был опухшим. Мое воспитание не позволяло мне разглядывать Салтанат в упор. Я давно знал, что Бишимбаев бил Салтанат, но мой скромный казахский менталитет не позволял мне вмешиваться, ведь он намного старше меня.
Где-то в 13:00 Бишимбаев позвонил мне и попросил принести сигареты, воду и лекарства. Лекарства и сигареты передал Бишимбаеву, Салтанат я не видел. Бишимбаев накричал на меня, почему ресторан работает. Я удивился, передал требование администратору. Думал, что Бишимбаев хотел избежать лишнего внимания посетителей и персонала к Салтанат. Я никогда не вступал в споры с Бишимбаевым, не мог себе этого позволить. Затем около 13:30 решил спуститься вниз и пообедать. Потом пришло сообщение от Бишимбаева с просьбой удалить все видеозаписи.
Это не соответствует действительности. Утверждается, что я будто знал о смерти и что я пытался замести следы. Но это не правда. Вообще, откуда взялось, что в момент удаления видеозаписей я был в курсе о смерти Салтанат?
До этого я видел Салтанат только два раза – когда приносил одеяло и когда Бишимбаев попросил помочь им уехать. Последний момент, когда я видел Салтанат, она была жива, крепко сжала мою руку.
Получается, что Салтанат в момент удаления записей была жива. Я об этом не знал и не мог знать. Когда я ее видел в последний раз – она была жива. В обвинительном акте нигде не говорится, что я видел Салтанат живой. Я признаю, что Бишимбаев действительно просил удалить запись, и что я перепоручил это. Я не мог знать и не знал содержание записи.
Сообщение было таким: «Удали видеозаписи Гастроцентра»; не было никаких уточнений, что там есть, как я мог знать, что на ней записано? Как только я получил сообщение от Бишимбаева, тут же перепоручил это Гульзаде. Я видел Бишимбаева без рубашки, а Салтанат – только в плаще. Я не мог знать, что там на видео. Если так посмотреть, я даже физически не мог посмотреть содержимое видеозаписи.
Уважаемый суд, уважаемые присяжные — как я мог сознательно удалять следы преступления, не имея возможности просмотреть видеозаписи? Мне просто пришло сообщение с просьбой удалить видеозаписи. Поручение Бишимбаева я в ту же минуту перепоручил администратору Гульзаде. Она ответила, что не знает, как это сделать. Тогда она сказала, что может знать Молдакаш. Бишимбаев прислал сообщение, что не может найти телефон Салтанат. Я пробыл в серверной всего несколько минут и даже не знал, удалили ли видео или нет.
Если бы я знал, что на видео как Бишимбаев убивает Салтанат, и я был хладнокровным преступником, разве я бы перепоручил удалить запись?
Я не запрещал им открывать и смотреть видеозапись. Я не знаю, почему он просил удалить видео. Я подумал, что он не хочет, чтобы кто-то видел, как он вел себя всю ночь, буянил, чтобы сотрудники видели или это попало в соцсети.
За 2-3 месяца он просил удалить видео с камер в ЖК, где жила Салтанат, у них был скандал. Он не хотел, чтобы видели соседи или это попало в соцсети. Сейчас сотрудник КСК опровергает удаление видео.
Далее телефон Салтанат. Бишимбаев написал, что не может найти, попросил подняться в кабинку. Я постучал, зашел, сделал шаг, Бишимбаев закрыл собой Салтанат. Я спустился на парковку, увидел джип и нашел там телефон. Позвонил Бишимбаеву и спросил — нашел ли я телефон. Бишимбаев попросил поехать в фитнес, подождать там пять минут, потом включить авиарежим. Я удивился, спросил, зачем. Он объяснил, что брат Салтанат отслеживает по гео. Я передал телефон водителю, потом купил крем Бепантен.
Бишимбаев был в общем зале, я передал ему крем. Он зашел в кабинку и через 3 минуты вышел. Я спросил: «Проснулась?» Он ответил: «Нет». Предложил вызвать «скорую», он отказался. Тогда я впервые начал беспокоиться. Затем в другой кабинке Бишимбаев проводил встречу с незнакомой женщиной. Я решил по своей инициативе позвонить знакомому врачу. Просьба принести нашатырь мне показалась странной.
Бишимбаев позвонил гадалке в Шымкент. Он рассказал, что они пили, ссорились, а теперь она долго спит. Гадалка ответила, что все нормально, ее мозг устал. Бишимбаев попросил посмотреть за Салтанат, а сам пошел в другую кабинку. Где-то в 16:00 я начал беспокоиться за здоровье Салтанат.
До того дня он был для меня старшим братом, умным человеком, достигшим высот, мог наорать, быть вспыльчивым, несмотря на его сложный характер — я верил, что человек такого уровня контролирует ситуацию и предпримет необходимые меры.
Меня успокаивало также спокойное поведение Бишимбаева, он продолжал встречи с другими людьми. В кабинку не заходил, не осматривал ее, только заглядывал. Когда я заглядывал — не проснулась ли Салтанат, и беспокоился за сломанную дверь в уборную. На следующий день должны были прийти клиенты, и я должен был что-то придумать с дверью.
Я остался и занимался своими делами.
Примерно через 40 минут мне позвонил Бишимбаев и сказал, что у Салтанат нет пульса. Сказал срочно прийти. Я был в шоке от услышанного и сразу же побежал на 2 этаж. Я даже не помню, как спустился. В кабинке первое, что я увидел – он держал за руку Салтанат, сказал, что нет пульса и сказал мне тоже проверить пульс.
Я попытался проверить пульс, но не смог определить — есть пульс или нет.
Во-первых, я был сильно взволнован, напуган, даже в панике.
Во-вторых, у меня не было опыта в таких вещах. Раньше я не проверял пульс. Не был уверен, правильно ли я проверяю пульс.
Мне в голову пришло позвонить знакомому врачу из клиники Центр матери и ребенка. В тот критический момент, в панике, я несколько раз подряд звонил ему, говорил, что не могу найти пульс, спрашивал, правильно ли проверяю. Сейчас не помню точно, кто сказал – он или диспетчер скорой помощи, кто-то сказал попробовать проверить пульс на шее. Я проверил, но не смог определить.
Тогда я впервые заметил рану на шее – я уже говорил, что до этого момента я так близко не подходил к Салтанат. В тот момент Бишимбаев разговаривал с Гульнарой, с ясновидящей. Тогда я удивился, что он делает, почему звонит? Что она может сделать сейчас? Думал, почему не звонит в скорую помощь? Я сам со своего телефона позвонил в скорую помощь, объяснил ситуацию, затем по указанию диспетчера около 10-15 минут я делал реанимационные меры.
Положив руки на сердце Салтанат, я начал массировать, надавливать 10-30 раз. Все это время диспетчер скорой помощи находился на громкой связи. После я заметил, что приехала скорая, я выбежал на улицу встретить, вместе с бригадой скорой мы зашли внутрь.
И они сразу принялись за дело, начали оказывать реанимационную помощь. В это время Бишимбаев кричал, что в духе: «Салта, ты что, умерла, я тебя люблю». Он взял нож и попытался порезать себя. Я забрал нож из его руки. Бишимбаев продолжал кричать, говорил, что убьет себя. Я думал, что не справлюсь с Бишимбаевым, и позвал на помощь бармена. Вместе мы удерживали Бишимбаева до прибытия сотрудника полиции.
Я дал показания сотрудникам полиции, я ничего не скрывал, некоторые моменты вспомнил позже. Я рассказал все, не скрывая и не пытаясь оправдать его. Я не знаю, если в моих действиях или бездействии состав преступления. Но если вы посчитаете, что я виновен и должен был спасти Салтанат, то я готов понести наказание.
Я искренне прошу прощения у родителей Салтанат, у Айтыма.
После чего его адвокат начал задавать ему вопросы. Бахытжан Байжанов перешел к даче показаний на казахском языке.
Судья объявила перерыв до 14:30.
Что было после 14:30: вторая часть
Продолжается допрос подсудимого Байжанова.
Бахытжан Байжанов продолжает давать показания в рамках дела Бишимбаева, освещая личные аспекты обвиняемого. Он упомянул, что был осведомлен о семейных конфликтах и часто наблюдал, как Салтанат появлялась с синяками. Бахытжан также отметил, что после домашних ссор ему поручалось восстанавливать поврежденную мебель и прочее в доме.
Вопросы Байжанову от его адвокатов
Почему вы ждали за дверью и не заходили в кабинку?
Салтанат была без одежды, когда Бишимбаев обернул ее пледом — только потом я зашел.
Вы спрашивали о причинах конфликта?
Нет, на ссору указало опухшее глаз Салтанат и беспорядок в VIP-кабинке.
Умеете ли вы самостоятельно удалять записи и почему не стали делать этого сами?
Там ничего трудного нет, мог бы и сам удалить, но мне проще было перепоручить Гульзаде.
Почему не сказали Бишимбаеву о приходе сотрудника СГО?
Я, как директор Гастроцентра, не должен каждую мелочь сообщать Бишимбаеву.
Почему вы оставались работать у Бишимбаева, несмотря на его трудный характер?
Нужно было кормить детей, содержать семью.
Расскажите о встрече с Салтанат после ее приезда из Алматы в 2023 году.
Мне позвонил Биш в августе и сказал, что прилетит из Алматы с Салтанат, и попросил открыть двери. Я открыл. В то время Бишимбаев сказал, что они разводятся. Он сказал: «Салтанат приедет, открой квартиру, она заберет вещи». Мы всегда хорошо ладили с Салтанат. Когда Салтанат пришла, у нее было плохое настроение, я спросил, почему. Она ответила, что они ездили в Шымкент, где много ругались, а также в Алматы, где ссоры продолжились. Она сказала, что они пришли к выводу о разводе. Я выразил ей соболезнование и спросил, почему они не разведутся, если у них так плохо. Салтанат ответила, что после каждой ссоры Бишимбаев просит у нее прощение, она его жалеет и прощает. После этого Салтанат забрала свои вещи и ушла. Салтанат всегда ко мне относилась хорошо, была очень воспитанной, всегда вела себя корректно, и я никогда не замечал за ней ничего плохого. Она была замечательным человеком.
До приезда полицейских вы договоривались с Бишимбаевым, какие показания давать?
Нет.
Вы искренне давали показания?
Да.
А как тогда получилось, что в первоначальных показаниях вы не говорили плохо о Бишимбаеве?
В первый день мне было страшно. На второй день мне предоставили адвоката — и он говорил: «этого не говори», «так не говори». Потом я понял, что он общался с адвокатами Бишимбаева. Тогда я отказался от него и решил давать правдивые показания, даже если будут осужден.
Кто для вас набирал и напечатал текст показаний, которые вы зачитали сегодня?
Я на бумаге написал на казахском языке, затем адвокат перевел и распечатал.
Вы по просьбе Бишимбаева искали таблетки атаракс?
Да, он позвонил мне с трассы, попросил найти аптеку. Нашел через справочную и передал данные Бишимбаеву. Кому предназначались таблетки — не знаю.
Адвокат Ерлан Газымжанов, представляющий интересы Бишимбаева, попросил Байжанова пояснить причины, по которым он не выражался негативно о Бишимбаеве в своих предыдущих показаниях, в отличие от настоящего времени. В ответ подсудимый указал, что изначально его останавливал страх.
«В первый день, когда я давал показания, честно говоря, я боялся. Во второй день, когда меня задержали, у меня уже был адвокат. И этот адвокат мне говорил: ’Это не говори, это не говори, это не говори.’ В декабре я понял, что данный адвокат общался с адвокатами Бишимбаева. И я отказался от услуг данного адвоката. После всего этого я давал правдивые показания, даже если меня осудят», — объяснил Байжанов.
Подсудимый Бахытжан Байжанов также заявил на суде, что Куандык Бишимбаев ранее ломал 4 двери в ресторане в «Бау» во время ссор с потерпевшей Нукеновой.
«Да, это уже четвертая дверь. В доме в Алматы в санузле дверь была в таком же состоянии. Я и до этого видел кровь, уборщицы мне снимали, отправляли», — сказал подсудимый Байжанов.
Когда судья задал уточняющий вопрос, он ответил, что каждый раз после ссор с Салтанат наблюдались повреждения. Байжанов добавил, что открыть замок двери снаружи не составляло труда.
Ерлан Газымжанов: Мы посмотрели видео с видеорегистратора полицейских, перед тем как полицейские подошли к Бишу, он лежал на полу, а на нем сидел человек в черной кофте. Это были вы?
Байжанов: Нет, не я.
Байжанов: А вспомнил, мы попросили у сотрудников скорой помощи, сказав, что Б. хотел себя убить, и они сказали: «Вы не мешайте нам, выйдите.» И тогда я позвонил Аблаю (бармену), мы с ним держали Бишимбаева.
Ерлан Газымжанов: О чем говорили с Куандыком после смерти Салтанат?
Байжанов: Мы не говорили с Куандыком, он паниковал, говорил: «Бахытжан, что я натворил? За содеянное я сам отвечу, убил человека. Как я буду смотреть в глаза детям?».
Назкен Кусаинова: Переводили ли вы деньги Салтанат?
Байжанов: Разные суммы, 100, 200, 5000 тыс. Это можно проверить в банке, через банк отправлял.
Назкен Кусаинова: Покупали ли по поручению Бишимбаева украшения для Салтанат?
Байжанов: Нет, украшения не покупал, но два раза покупал часы Ролекс.
Назкен Кусаинова: Где и за сколько?
Байжанов: В Талан-таурсе, за 6-7 млн, точно не знаю.
Назкен Кусаинова: 9 ноября, когда вы зашли в VIP-кабинку и пытались помочь Бишимбаеву подняться и поехать домой. Почему вы не поехали домой?
Байжанов: Бишимбаев спросил, где машина, я сказал, что на улице. Он сказал — Спусти машину в паркинг. Я быстро вышел, так как рядом была нагая женщина, рядом муж. Спустил машину в паркинг и вернулся, постучался, зашел, рядом с диваном, где лежала Салтанат, был второй диван, на котором лежал Куандык. Он сказал, не пускать никого, мы тут будем спать. Я сказал, что хорошо. Закрыл дверь, поставил стул и продолжил заниматься работой.
Назкен Кусаинова: Какое состояние до вечера было у Бишимбаев? Пытался ли он что-то сделать? Говорил ли он, что Салтанат умерла, предлагал ли он вам вынести ее тело?
Байжанов: Он был как обычно, никаких изменений я не заметил, ничего подобного он мне не говорил.
Назкен Кусаинова: Она хрипела или храпела?
Байжанов: Мне показалось в тот момент, что она храпела, но эксперт сказал, что она хрипела, от того, что мучилась, и я вспомнил после слов эксперта, что в тот момент она действительно хрипела.
Прокурор: Мы прослушали аудио, где вы звоните в скорую и говорите, что не можете разжать челюсть — что вы имеете в виду?
Байжанов: Нет, эти слова не я говорил — это Бишимбаев. Когда я делал массаж сердца, диспетчер сказал, что надо сделать искусственное дыхание, искусственное дыхание делал ему Бишимбаев.
Прокурор: Что значит «челюсть не смогли разжать»?
Байжанов: Я видел, что Бишимбаев хотел открыть ей челюсть, но у него не получалось.
Прокурор: А руки, тело какое было?
Байжанов: Я держал её руку, она была как у обычного человека, я проверял пульс.
Прокурор: Вы сказали, что Бишимбаев не давал звонить в скорую и говорил, что она спит.
Байжанов: После того, как я отнес телефон, он сказал, что она не просыпается. Тогда я предложил вызвать скорую.
Прокурор: На суде вы сказали, что Бишимбаев оказывает на вас давление.
Байжанов: Он мне указывал, чтобы я сказал, что мы вместе звонили в скорую. В противном случае я буду проклинать тебя и твоих детей, чтобы с тобой тоже такое случилось.
Прокурор: Из-за мелочи возник семейный скандал, вы отвезли телефон Нукеновой, были в фитнес-центре, распустили персонал ресторана — почему не позвонили брату Салтанат, вашей жене, которая общалась с потерпевшей, если сами стеснялись?
Байжанов: Я не знал, если бы знал — сам бы позвонил в полицию.
Адвокат Уразбахова: Вы заглядывали 3 раза, она не меняла позу. Вас не беспокоило состояние Салтанат, вас беспокоила дверь, вы думали, как ее починить?
Байжанов: Я думал, она спит.
Адвокат Уразбахова: Вы не беспокоились о физическом состоянии Салтанат — ее здоровье и жизни?
Байжанов: Я в тот момент видел, что у нее опухшие глаза, но я не подумал, что ее жизни угрожает опасность.
Адвокат Уразбахова: В 15:30 вы звонили врачу, потому что она не просыпается, и даже после этого вы не беспокоились?
Байжанов: После того, как я позвонил врачу, Бишимбаев сказал: «Салтанат спит, давай подождем».
Айтым: У вас есть мой номер?
Байжанов: Да.
Айтым: У вас была возможность позвонить мне и сказать о том, что происходит?
Байжанов: Да, у меня была такая возможность, сейчас я думаю, почему я не позвонил вам сразу. В тот момент я не знал, что у Салтанат очень тяжелая ситуация.
Айтым: Вы говорили, что это не первый случай в Bau, когда происходят ссоры. Почему не закрывали ресторан раньше?
Байжанов: Мы не закрывали ресторан в таких случаях, закрывали только VIP-зону.
Айтым: Вы сказали, что не хотели, чтобы кто-то видел записи с камер ресторана, потому что там могли быть неприличные видео, верно?
Байжанов: Да.
Айтбек Амангельды спросил у Бахытжана Байжанова с вопросом о том, как бы он поступил, если бы его жена оказалась в подобной ситуации. На что судья сказала, что снимается данный вопрос, так как он предположительный.
Судья: Какие лекарства принимает Бишимбаев?
Байжанов: Всегда аспирин.
Судья: А Атарак и другие психотропные препараты?
Байжанов: Один раз Атаракс, когда ехал по трассе. Помимо этого был один раз, но я не помню сейчас названия.
Судья: Это не аспирин? Обезболивающее, психотропное, что там было?
Байжанов: В телефоне есть, можно посмотреть на телефоне.
Судья: Вы сказали, что вы заказали еду и кушали. Вообще беспокоились и разговаривали о Салтанат?
Байжанов: Да, я спросил, почему много ссоритесь. Он сказал, что до женитьбы у Салтанат были отношения с человеком, которого он знает, и это все время не выходит у него из головы.
Судья: Это он вам сказал именно в этот день?
Байжанов: В этот день.
Судья: И все ссоры из-за этого происходят, он сказал?
Байжанов: Да, сказал, что это не выходит у него из сердца и сильно ругаются.
Судья: А в тот день причина ссоры была эта?
Байжанов: Я не знаю.
Судья: Разговор про ее состояние, что спит или не спит, о повреждениях что-то говорил?
Байжанов: Нет.
Судья: Не говорил, что волнуется? Что лицо отекшее, синяк?
Байжанов: Нет, не говорил.
Судья: А про лекарства, которые вы приносили, применял он, давал эти лекарства, мазь может мазал?
Байжанов: Нет, не говорил.
Объявлен перерыв до 15 апреля 2024 года, 9:30.
Информация по делу Бишимбаева
Все новости, судебные заседания и высказывания по этому делу можно найти по этой ссылке.
