Конфликт между Израилем и ХАМАС привел к изменению маршрутов поставок энергоресурсов из стран Ближнего Востока, что вызвало резкий рост цен на газ и нефть в Европе. Ситуация начинает угрожать всей мировой торговле, так как грузоперевозки между Красным и Средиземным морями составляют значительную долю мирового торгового объема. Об этом сообщает Bizmedia.kz.
Международным транспортным гигантам приходится прокладывать новые пути доставки энергетических ресурсов из регионов Ближнего Востока из-за военных действий между Израилем и ХАМАС, отмечает турецкое издание Yeni Şafak.
Уже сейчас в Европе наблюдается существенное увеличение цен на газ и нефть, и предвидится, что Брюссель может начать осуществлять давление на Вашингтон и Тель-Авив в попытках стабилизировать обстановку.
Конфликт в Газе становится угрозой для глобальной торговли, которая еще не успела полностью восстановиться после удара пандемии, учитывая что 10% всей мировой торговли приходится на грузоперевозки между Красным и Средиземным морями. Важно отметить, что такие компании как BP уже приостановили свою работу в Красном море, отдав приоритет безопасности своих работников.
Международные морские перевозчики, включая Maersk, Hapag Lloyd, CMA CGM и MSC, уже объявили о решении приостановить транспортировку грузов через Красное море и перенаправить свои суда к мысу Доброй Надежды (ЮАР), чтобы добраться до Средиземного моря через Атлантический океан. В связи с конфликтом в Газе цены на нефть повысились более чем на 2,3%, а цены на природный газ в Европе поднялись более чем на 10%.
Если проблемы с международной торговлей продолжатся, страны Европы могут изменить свою политику в отношении Израиля и США. Это также может ослабить позицию Вашингтона в торговом конфликте с Пекином. Уже сейчас из-за изменения маршрутов сроки доставки грузов увеличились на 40 дней, что влечет за собой увеличение затрат.
Стоимость доставки грузов из Индии и Китая в порты Средиземноморья (минуя Красное море) уже удвоилась и достигла 3,5 тысячи долларов. Существует опасность, что это приведет к схожим разрушительным последствиям для глобальной экономики, аналогичным последствиям пандемии COVID-19.
