Путь Яна Гуана от деревенского фермера до успешного бизнесмена, управляющего автомобилем Audi и обладающего двумя недвижимостями, во многом зависел от одного из самых желанных документов в Китае — городского хукоу, или вид на жительство, сообщает Bizmedia.kz.
Этот 45-летний житель Чжэнчжоу, центрального города Китая, сравнивает хукоу со «скотским ярлыком, который нам прикрепило государство». Это разрешение определяет доступ человека к здравоохранению, образованию, кредитам и другим услугам в зависимости от его места рождения.
В начале 2000-х годов, когда в Чжэнчжоу временно разрешили тем, кто купил квартиру, также претендовать на получение городского хукоу, Ян воспользовался этой возможностью, что позволило ему зарегистрировать бизнес и открыть магазины по всей столице провинции Хэнань, и таким образом изменил свою судьбу.
В последние месяцы китайские власти придают надежду экономистам на то, что система внутренних паспортов, которая с 1950-х годов в значительной степени привязывала судьбы людей к их месту происхождения, возможно, переживает свой закат. Дефицит рынка недвижимости и вялое потребление создали новый импульс желанию ослабить ограничения и предоставить большему числу людей возможности, которые дает городская регистрация.
В августе Министерство общественной безопасности призвало города с населением до 3 миллионов человек отменить хукоу, а города с населением от 3 до 5 миллионов значительно смягчить процедуру выдачи. Провинции Чжэцзян и Цзянсу объявили о своих планах почти полностью открыть города для новых жителей.
Однако два участника обсуждения политики «хукоу» в центральном правительстве сообщили Reuters, что прогресс застопорился, и дальнейшие значительные прорывы маловероятны, особенно в крупных городах Китая.
Они рассказали о ранее неизвестной напряженности в отношении реформы хукоу, когда китайские чиновники признавали наличие серьезных экономических оснований для изменений, но не решались предпринять решительные шаги, которые могут нарушить социальную стабильность и обременить города дополнительными расходами.
«Реформа хукоу — тяжелая задача», — говорит Цзя Кан, президент-основатель Китайской академии новой экономики предложений, который консультирует правительство по вопросам политики, включая хукоу. — Это должен быть естественный процесс, а не что-то, что можно сделать просто потому, что хочется. А в настоящее время все реформы проходят с трудом».
Цзя отметил, что хотя ни центральное правительство, ни местные власти не возражают против дальнейшего смягчения политики «хукоу», реализация данной инициативы зависит от финансовых возможностей городов и потенциала государственных служб. На данный момент Министерство общественной безопасности Китая и Национальная комиссия по развитию и реформам, высшее агентство по планированию, не прокомментировали данное предложение.
Согласно советникам, крупнейшие города Китая ограничены в предложении жилья и сталкиваются с проблемами загрязнения и перегруженности, что негативно сказывается на их способности принимать новых жителей. С другой стороны, средние и малые города располагают избыточным жилым фондом, готовым предложить проживание новым жителям. Однако из-за растущего долга у них не хватает средств на расширение доступа к медицинским учреждениям, уходу за пожилыми и образованию.
Один из советников правительства, выступая на условиях анонимности из-за деликатности темы, отметил, что «качество нашей урбанизации оставляет желать лучшего».
Большинство китайских городов значительно выросли за последние четыре десятилетия, благодаря открытости страны для предпринимательства и инвестиций в транспортную инфраструктуру и жилые проекты. Однако вторая по величине экономика мира все еще отстает от 80-90% уровня урбанизации, характерного для развитых стран.
Принимая во внимание проблемы с местными финансами, Пекин в настоящее время работает над их решением. Однако другой пакет реформ, направленный на поощрение большего количества людей к проживанию в городах, на данный момент не планируется, согласно советникам.
В Китае сельские хукоу сопровождаются правами на землю, которые, косвенно, являются страховым полисом, обеспечивая средства существования для мигрантов из сельской местности в случае отсутствия работы в городе. Именно поэтому многие трудовые мигранты не стремятся получить городские разрешения, особенно в условиях замедления экономики.
Местные власти могут арендовать землю для сельского хозяйства, жилищного, коммерческого и промышленного строительства, но в Китае отсутствует частная собственность на землю, и права на нее не могут быть свободно проданы.
«Мы должны продвигать реформу земельной системы. У нас есть много земли, которая просто простаивает», — заявил второй советник, хотя руководство Китая не стремится идти по этому пути.
Шао Сяогай, 39-летний управляющая магазином в Чжэнчжоу, предпочитает оставаться прописанным в своей деревне в провинции Хэнань. Она пыталась получить городской хукоу, чтобы легче было записать сына в государственную школу, но в итоге для него все равно нашлось место.
«Я говорю своему сыну, чтобы он усердно учился, потому что мы чужие в этом городе», — говорит Шао. «Если ему будет трудно здесь, мы станем для него обузой, если останемся в городе. В деревне мы сможем выращивать все необходимые продукты питания».
По словам Цзя, эти препятствия означают, что дальнейшая либерализация системы «хукоу» будет проводиться в каждом конкретном городе. По мнению второго советника, в ближайшие годы темпы урбанизации замедлятся, что сделает возрождение сельских районов более приоритетной задачей для руководства Китая.
ПОТРЕБЛЯЯ МЕНЬШЕ
Хукоу возникли в эпоху голода прошлого века, когда Мао Цзэдун связал продовольственное обеспечение с местом рождения людей, чтобы предотвратить голод в сельской местности и предотвратить массовое переселение в города.
Современная система хукоу ограничивает доступ к государственным услугам для более чем 300 миллионов сельских мигрантов в Китае, которые покидают свои семьи, чтобы работать в городах, строя небоскребы, укладывать дороги и убирать торговые центры.
Мигранты получают меньшую компенсацию за медицинские расходы, чем те, кто имеет городскую прописку, и не могут забрать с собой пенсионные накопления, вносимые работодателем — две трети пенсионного фонда — при возвращении домой.
В результате мигранты откладывают больше своих доходов, что сдерживает потребление домохозяйств и тормозит экономический рост Китая. По оценкам Цай Фанга, советника Центрального банка, трудовые мигранты тратят на 23% меньше, чем городские жители, что может обесценить внутреннее потребление на более чем 2 триллиона юаней (281 миллиард долларов) или 1,7% прошлогоднего ВВП.
Кроме того, необходимо стимулировать спрос на недвижимость, чего в Китае сейчас избыток. Рынок недвижимости, который составляет примерно четверть экономики страны, пострадал от дефолтов частных застройщиков.
Мартина Уайта, заслуженная профессор международных исследований и социологии Гарвардского университета, считает, что рынок недвижимости значительно улучшится, если мигрантам будет предоставлен более равный доступ к лучшим рабочим местам и льготам, а также возможность приобретать жилье.
НИЗКОСОРТНОЕ НАСЕЛЕНИЕ
Однако неуправляемый приток мигрантов в города может представлять опасность для китайского руководства.
В 2017 году, после возгорания пожара в жилых помещениях рабочих-мигрантов, власти Пекина начали кампанию по высылке людей без столичной регистрации (хукоу), что вызвало редкую открытую реакцию против правительства.
Цзя отмечает, что такие мегаполисы, как Пекин, Шанхай, Шэньчжэнь и Гуанчжоу, в ближайшие годы «не имеют шансов» на открытие из-за соображений социальной стабильности и гармонии. В свое время Пекин пытался вытеснить «низкосортное население», что привело к хаосу, — отмечает он, ссылаясь на термин, используемый столичными чиновниками того времени.
Бизнесмен Ян из Чжэнчжоу вспоминает, как изменилась его жизнь после получения городской регистрации. Он зарабатывал на жизнь, управляя нелицензированным мини-маркетом в районе сельских мигрантов, часто спал на соломенном тюфяке в парке, играя в прятки с полицией. Они организовывали большие команды добровольцев и полицейских, которые по ночам стучали в двери, чтобы выгнать людей без регистрации (хукоу), — говорит Ян. Власти Чжэнчжоу не ответили на запросы Reuters.
Как только он получил разрешение, перспективы Яна резко изменились. Помимо расширения бизнеса, он купил второй дом — то, что могут иметь только обладатели регистрации (хукоу) — и свой первый автомобиль, местный минивэн Changan на 50 мест. Он начал вести более активную социальную жизнь.
«В то время не многие могли позволить себе личный автомобиль. Красивые девушки просили меня подвезти их, чтобы потусоваться», — вспоминает Ян. «И я это делал!»
($1 = 7,1233 китайских юаней)
