Центральная Азия нуждается в общем видении решения проблемы изменения климата, энергетических и водных рисков, которое уравновешивает интересы каждой страны региона. Это один из ключевых выводов панельной сессии с региональными экспертами, организованной Центром российских и евразийских исследований Дэвиса Гарвардского университета 30 января, сообщает Bizmedia.kz.
Аральское море, когда-то крупнейшее внутреннее озеро в мире, значительно сократилось за последние десятилетия. Фото предоставлено: adb.org.
В Центре Дэвиса Гарвардского университета состоялась панельная дискуссия по изучению рисков воды, энергетики и изменения климата в ЦА
Эксперты отмечают растущую уязвимость Центральной Азии, региона с населением 76 миллионов человек, от изменения климата с его последствиями, такими как таяние ледников, засуха и более частые экстремальные погодные явления, которые обусловлены сильной зависимостью региона от водных ресурсов, многие из которых являются трансграничными. Это также ощущается в сильно взаимосвязанном энергетическом секторе региона.
«Энергетика, вода и изменение климата являются взаимосвязанными явлениями. Мы должны смотреть на них вместе», — сказал Искандар Абдуллаев, заместитель директора Института РЭЦЦА (Центральноазиатского регионального экономического сотрудничества) в Урумчи, межправительственной организации, вносящей вклад в программу РЭЦЦА посредством генерирования знаний и наращивания потенциала.
«Наш регион может быть одним из наиболее затронутых климатом регионов в мире. Это связано с частотой стихийных бедствий, изменением температуры и изменением характера осадков. Все действительно очевидно в нашем регионе», — сказал Абдуллаев.
Говоря об энергетике, Абдуллаев сказал, что ожидает дальнейшего роста спроса на энергию.
Однако удовлетворение растущего спроса на энергию и обеспечение энергетической безопасности требует внедрения дополнительных мощностей возобновляемой энергетики. Несмотря на растущее внимание стран к внедрению возобновляемых источников энергии, причем Казахстан и Узбекистан находятся на первых местах этих усилий, его доля в региональном энергетическом балансе по-прежнему низка.
Абдуллаев подчеркнул, что доступность инвестиций и ресурсоэффективность являются ключевыми направлениями, которыми должен заниматься регион. Существует два варианта: ориентированный на рынок подход к энергетическому переходу для стран с относительно развитыми энергетическими секторами и институциональной инфраструктурой, таких как Казахстан и Узбекистан, и ориентированный на развитие подход к повышению энергоэффективности с внешней поддержкой и опытом для преодоления структурной неэффективности.
Современное состояние регионального сотрудничества
Абдуллаев заверил, что региональное сотрудничество должно быть направлено на решение технических и финансовых задач, уделяя особое внимание восстановлению существующих и строительству новых внутри- и межрегиональных энергогенерирующих объектов и инфраструктуры.
По его словам, водное и экологическое сотрудничество является более сложным, в зависимости от способности стран «синергировать различные национальные интересы и развивать региональные приоритеты».
Шахбоз Ахмедов, Искандар Абдуллаев, Динара Зиганшина, советник по энергетике Региональной миссии USAID в Центральной Азии Патрик Е. Мейер, директор программы по Центральной Азии Центра Дэвиса Наргис Касенова, Владимир Норов и заместитель директора Института перспективных международных исследований Акрам Умаров. Фото: AstanaTimes.
То, как страны региона воспринимают проблему водных ресурсов, изменилось за эти годы. Он пояснил, что до недавнего времени вода была экономической и политической проблемой, и страны имели различные водные программы. Но теперь вода стала стратегической проблемой безопасности, и политические лидеры понимают необходимость тесного сотрудничества по водным вопросам.
Эксперт сказал, что в Центральной Азии отсутствует общее видение изменения климата. В то же время экономические планы в значительной степени зависят от использования энергии и энергетического сектора, несмотря на обязательства стран по Парижскому соглашению.
Старший научный сотрудник Института РЭЦЦА Шахбоз Ахмедов отметил, что региональное сотрудничество растет.
«Если смотреть с экономической точки зрения, то за последние пять лет внутрирегиональный товарооборот вырос на 50 процентов, а общий оборот составляет почти 200 миллиардов долларов. Это уже говорит о том, что происходит трансформационный сдвиг», — сказал Ахмедов, который занимается исследованиями воды и климата в Центральной Азии в течение последних десяти лет.
Но он отметил, что связь между климатом, водой и энергией была «по инерции». Он считает, что правительства могли бы сделать больше, чтобы побудить частный сектор привлечь дополнительное финансирование и опыт в регион и укрепить свои позиции в регулировании взаимосвязи между водой, энергией, сельским хозяйством и климатом, снизив стоимость возобновляемых источников энергии.
Последние соглашение по строительству электростанции «Камбарата-1» — это «позитивный сигнал», отметил он, но усилия все еще могут быть масштабированы.
Динара Зиганшина, директор Научно-информационного центра ташкентской Межгосударственной координационной водохозяйственной комиссии Центральной Азии, более оптимистично смотрит на региональное сотрудничество, чем ее коллеги.
Межгосударственная комиссия была создана сразу после обретения странами независимости и пока является единственным межгосударственным органом, созданным и уполномоченным главами государств Центральной Азии принимать обязательные решения по текущим и возникающим вопросам, связанным с межгосударственным водораспределением и использованием.
В то время как двустороннее сотрудничество по водным вопросам ускорилось с 2016 года, Зиганшина не считает это достаточным.
«Работа на двустороннем уровне не может решить все проблемы в нашем бассейне. Недавнее соглашение между тремя странами о дорожной карте строительства плотины Камбарата может стать очень позитивным шагом, если три страны решат, как развивать, строить, заполнять и эксплуатировать эту гидроэнергетическую систему таким образом, чтобы это было выгодно не только для трех стран, но и для всех стран бассейна», — сказала она.
Она указала, что к 2035 году спрос на воду увеличится, что потребует дополнительных 17,3-20 миллионов кубометров для питьевого водоснабжения, неирригационного использования и технологических затрат для регулирования стока. Это связано с ростом населения, ускоренным экономическим развитием и новой инфраструктурой, причем летние месяцы, как ожидается, будут наиболее важными.
Инвестиции
Эксперты единогласно сошлись во мнении о необходимости инвестиций. Ахмедов сказал, что инвестиции должны быть направлены на развитие человеческого капитала, который должен быть адаптирован к повестке дня устойчивого развития региона.
Зиганшина также подчеркнула растущую потребность в инвестициях в исследования и образование.
«Это вызов не только для Центральной Азии. Водному сектору, в целом, не хватает инвестиций, и особенно в Центральной Азии, потому что водный сектор не привлекателен для частных инвесторов. Вы всегда должны думать об инновационных способах привлечения частных инвестиций в сектор. (…) Я думаю, что это самая большая проблема, как привлечь новых участников, включая частный сектор, как привлечь государственно-частное партнерство на национальном уровне и как стимулировать всех участников к получению выгод, но не терять ощущение, что это трансграничная река, и экосистемы не могут окупиться», — сказала она.
По словам Владимира Норова, директора Ташкентского международного института Центральной Азии и бывшего министра иностранных дел Узбекистана, реформирование существующих механизмов ценообразования на энергоносители имеет важное значение. Но лидеры Центральной Азии очень осторожно относятся к повышению цен на энергоносители.
«В то же время это большая проблема, потому что доходы нашего населения ниже, чем в развитых странах», — добавил он.
Норов также рассматривает модернизацию существующей инфраструктуры в качестве приоритета.
«Ожидается, что к 2030 году потребление электроэнергии в Центральной Азии увеличится на 30 процентов. Странам необходимо модернизировать существующую энергетическую инфраструктуру и создать новую. Потери электроэнергии при передаче составили 19,8 млрд киловатт в час или более 8,1 процента от общего объема выработанной электроэнергии», — сказал он.
Подчеркнув необходимость инвестиций, Норов сказал, что регион имеет потенциал для привлечения не менее 170 миллионов долларов иностранных инвестиций в течение следующих десяти лет.
Но для этого необходим последовательный диалог и прийти к «разумному компромиссу» с учетом интересов всех сторон. Консультативная встреча в Чолпон-Ате между лидерами пяти государств Центральной Азии в июле 2022 года послала позитивный сигнал после того, как они подписали Программу региональной зеленой повестки дня для Центральной Азии. Но, по мнению экспертов, нужно сделать больше.
«Только таким образом вы можете создать атмосферу взаимного доверия, уважения и уверенности», — добавил он.
